ФОТОГАЛЕРЕЯ
kniga oblojka
ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Русский, который не поэт, —
это мёртвый русский.
Ги Гоффетт.

Литературные новости ——————————————-

Журнал "Дальний Восток" в трёх первых номерах года, как всегда, широко представлен приморцами. №1: Владислав Гусаров — "Штормовой переход", рассказ; Александр Лобычев — "Полёты доктора Тушкина", очерк о художнике; Анатолий Филатов — "Здравствуй, Джим, и прощай", кинокритика; Галина Якунина — "Мир без отечества и отчества", литкритика. В поэтическом "Многоголосии" — Вера Гундарева, Вера Караман, Татьяна Прудкогляд, Василина Шильникова. №2: Вера Аксёнова — "Полна тревоги тишина"; Вячеслав Протасов — "Шестая стихия" (оба — стихи); Юрий Кабанков — "Надпись на сгоревшей берёсте", литкритика; Владимир Маратканов — "Притяжение белухи", путевые заметки; Борис Мисюк — "Три рассказа". №3: Михаил Деменок — "Пути-дороги…", очерк; Иван Клютков — "Корабельный гудок", новелла; Николай Леонов — "Тридцать три богатыря", о воинах-дальневосточниках. Есть и лауреат премии журнала. По итогам творческого конкурса 2009 года, по разделу критики и библиографии, редакция отметила статью "Неотвратимость бытия, или Исповедь спасённого" (№3) Владимира Старовойтова, художника с филологическим образованием из Владивостока. Вновь изменения в составе редколлегии: выведен Александр Киреев, введены Евгений Гропянов (Камчатка), Николай Тарасов (Сахалин), Александр Ткачук (Приморье).

Памяти Валерия Юрьевича Янковского посвящено экспресс-переиздание книги "Валерий Янковский" в серии "Краеведы Приморья" Приморской государственной публичной библиотекой им. А.М. Горького и Обществом изучения Амурского края. Писатель-документалист, уроженец Владивостока, внук Михаила Ивановича Янковского, одного из первообживателей Уссурийского края, известного приморского предпринимателя, именем которого назван полуостров в заливе Петра Великого, ушёл из жизни после несчастного случая 17 апреля. Сборник документов, свидетельств, воспоминаний презентован на вечере памяти Янковского в Горьковке. Издание дополнено прощальным послесловием потомка Фридольфа Гека Леонида Васюкевича, создателя фильма о Янковских Никиты Михалкова, племянника Валерия Юрьевича Орра Чистякова, польских историков П. Сливинского и Е. Новак, потомков рода Е. и С. Новина-Янковских. За просмотром михалковской ленты "Дальневосточный исход. Русские без России" в конце вечера Александр Брюханов, директор библиотеки, подвёл итог: "Валерий Юрьевич был живым олицетворением рода. С его уходом легендарная история Янковских обрывается. Заканчивается и российская ветвь: из четверых прямых потомков по-русски говорят только двое, но это уже другие люди".

65 — Анатолию Александровичу Ильину (12.07.1945), члену Союза писателей России (1989). Родился в посёлке Угловом, под Владивостоком. Детские годы — на островах Рейнеке и Попова. Затем недолгий отъезд матери с сыном на Запад, возвращение в Ворошилов (Уссурийск), переселение во Владивосток. Выпускник филологического факультета Дальневосточного госуниверситета (1968). Трудовую деятельность начал в 1967-м, в газете Пограничного района "Знамя Октября", но вскорости ушёл в море — матросом на теплоходе "Уссури" гидрографической службы ВМФ. Впрочем, через четыре месяца вернулся в журналистику — корреспондентом тетюхинской (Дальнегорск) районки "Строитель". В том же, 1968-м, призван на год на военную службу, следом — экономист Приморского крайстатуправления, преподаватель детской спецшколы в Новопокровке. В 1970 — 1990-х годах — редактор Дальиздата. В эти же годы — первые литературные публикации. В 1974-м в сборнике "Тихоокеанские румбы" — повесть "Камчатское дело", об обороне полуострова в период русско-японской войны. В 1976-м — пронзительный рассказ "Там, где Ботчи…", о русском гидрографе, попавшем по несчастью в орочское стойбище на севере Приморья и ставшем учителем аборигенам, а впоследствии наказанном сослуживцами — за неординарность. Ещё книги: "Солёный берег" (1980, серия "Молодая проза Дальнего Востока"), "Владивостокский отряд" (1989) — о русских крейсерах в сражениях с японцами в 1904-1905 годах. Приверженец исторической тематики.

75 — Кларе Андреевне Морозовой-Головкиной (11.07.1935), поэтессе и композитору из Арсеньева. Родилась в Курганской области. В Приморье — с 1958-го. В 1962-м окончила Владивостокское музыкальное училище и как молодой специалист получила направление на работу в Сучан (Партизанск); более 30 лет работала педагогом, в том числе директором городской музыкальной школы. В 1962-м написала и первую свою песню. Затем они пошли одна за другой — на стихи многих приморских поэтов. С первых номеров краевого народного литературно-музыкального ежемесячника "Лукоморье" и альманаха "Живое облако" (1996) Клара Андреевна — их музыкальный редактор. В каждом выпуске — её нотные тексты. А стихи публиковались на страницах газеты "Утро России", в коллективном сборнике "В глубинах заветных", антологии "Разноцветие приморских талантов". Вышли и собственные поэтические книжки — "Песни Клары Ясной" (1996), "Я рада, что нужна" (1998).

Книги о Корее ———————————————————

Земля – одна

Продолжаются мероприятия в рамках "Года посещения Кореи", посвящённые 20-летию установления дипломатических отношений между Россией и Республикой Корея.

Их инициатор и главный организатор — корейская сторона. Не только экономическими и культурными контактами связаны две страны. Давние века переплели историю Кореи и Приморья территориально: государство Когурё располагалось на просторах Корейского полуострова и земель, прилегающих к заливу Петра Великого. А в последние 150 лет переселенцы из Кореи стали многотысячной частью населения России, главным образом её Дальнего Востока. Сейчас в Приморье проживает около 50 тысяч корейцев.

Обновление музейных экспозиций, посещение мемориальных мест, фильмы, встречи, выпуск литературы воспроизводят картину взаимоотношений двух народов, двух культур.

Большой вклад в организацию и финансирование мероприятий вносят корейцы, родившиеся в России, — потомки переселенцев.

Один из авторов книг, рассказывающих о российских корейцах, известных революционерах, учёных, военных, тружениках, педагогах, — Валентин Пак, предприниматель, председатель Ассоциации корейских организаций Приморского края, председатель Думы Надеждинского муниципального района, почётный гражданин Надеждинского района, уроженец посёлка Кавалерово Приморского края.

20-летие дипломатической вехи совпало и с юбилеем Валентина Петровича — 2 июля, в день 150-летия Владивостока, ему исполнилось 60 лет.

За работу, проводимую по сближению российского и корейского народов, Валентин Пак награждён медалью "Патриот России", а его книги "Они боролись за независимость Кореи", "Доброе утро, Корея", "Корейцы в Приморье"- ценные исторические свидетельства. Сам автор поясняет:

- Эти книги помогут нашим соотечественникам воскресить в памяти незабываемые страницы прошлого, а кое-кому впервые раскроют глаза на правду и домыслы о событиях давно минувших дней.

И в этом их главная ценность.

Поэтическое наследие Приморья ———————————

Почерком Чехова

Анатолию Бочинину – 70

Мастер стиха-миниатюры. Совершил ли, подобно Чехову, революцию жанра — вопрос, но кроху-стих до высоты эпического сказа довёл. "Коротко о длинных вещах" — это и его, Бочинина, писательский закон.

Ивсё-таки 70! В статьях о Бочинине дата рождения — 30.06.1945 — кочует по изданиям с его подачи. Но он себя "омолодил". Галина Якунина, занимавшаяся — в бытность работником соцстрахования — оформлением бочининской пенсии, подтвердила: "Да, по паспорту — с 1940-го".

Родился на северо-западных предгорьях Алтая, в селе Мамонтово, на берегу озера Большое Островное. Отец погиб в конце Второй мировой. Вскоре лишился и матери. Воспитывался в детдоме, там же, на Алтае, — вместе с блокадными ленинградскими детьми, вывезенными по Дороге жизни. В 14 лет определён в "фазанку" (фабрично-заводское обучение). И это ещё улика против "1945-го": ФЗО просуществовали до 1958-го. Но потянуло на странствия, и на попутных поездах, с дружками по детдому, покатил по стране: Ленин-град, Мурманск, Владивосток. В Приморье и настиг призыв на Тихоокеанский флот, в подводники. После демобилизации — рыбак, курсант мореходного училища, отчисленный за драку, и просто владивостокский жуир.

Бездолье, ранний труд, приобщение к искусству, перемена мест закалили чувство справедливости до несгибаемости, до конфликтов с людьми, ущемляющими беззащитное сиротство, а в зрелые годы — до протестов всему обществу, его порокам.

Первые творения — в журнале "Нева". Позже — "Смена", "Огонёк", "Дальний Восток" и многие другие… Стихи крепнут, становятся гражданственнее, а жизнь… Она от начала до конца, как у Есенина, — в выстраданных строчках. Каждодневные наблюдения, раздумья, переживания изливаются в хлёсткие, как свинцовая дробь, поэтические выводы. Концентрация мысли — обычно в заключительных двустишиях стихов-столбцов, стихов-ударов, прямых, как в боксе, как это: "Да что там жизни моей дно! И у вершин есть пропасти". Да! У вулканов — ещё какие! Он кипел, горел изнутри, извергался образами-бомбами, бил справа и слева. За небратство — как низость межлюдских отношений — не только словом. Пропасти его жизни — ходки на зону.

А родной Алтай не отпускал. Каждую вольную весну Анатолий садился у Золотого Рога на велосипед и крутил педали до самого Мамонтово. В долгой, испепеляющей тело, но исцеляющей душу дороге, — подзвёздные ночлеги, разговоры с самим собой у ночных костров, тихие рыбалки в заводях, встречи на просёлках… Звёзды, искры, дорожные звуки и слова — всё, словно вызревшее осеннее целебье, осыпалось чистосердечным разговором в стихи. И давало силы пережить зиму.

Тянули его на Алтай, как магнитом, две родины: та, где появился на свет, и параллельная — родина его стихов. Здесь нащупывал первые рифмы, не всегда умелые, но искренние, чистые, как высокогорное небо в ясный день. Читал стихи на детдомовских вечерах, писал в школьную стенгазету. По совету учителей стал посылать их в журналы. Заметили. Ненавязчивые наставники помогли набить руку.

На Алтае Бочинин пересёкся со своим именитым земляком Василием Шукшиным. Тот и хвальнул, и, состорожничав, предостерёг: "Пишешь капитально… Смотри, не растраться, Толяш…"

И Бочинин писал — с болью за родину, народ, землю…

Гонорары уходили на поездки в Москву, на столичные застолья с приятелями-поэтами, земляками. Его знали. И он знал себе цену. И было ясно: много не напишет, но из того, что напишет, отставить в сторону будет нечего.

В 1998-м друзья помогли издать первый сборник — "Черёмуховый омут", с предисловием доктора филологии Сергея Крившенко. "От всех частных тем, — пишет Сергей Филиппович, — автор выходит к теме России…" Да, всё подчинено одной, патриотической, цели: показать жизнь такой, какая есть, осмыслить происходящее философски. И по-граждански быть услышанным и полезным нуждающемуся в лечении обществу. По этой книге принят в Союз писателей России (1999).

Бочинин знал, что делал, и никакие силы не могли его сдвинуть с не избранного даже, а предначертанного пути. И он, как вспоминает Галина Якунина, сознательно толкал себя на самый его край. Создавал биографию трагического поэта? По-мужски сводил счёты с судьбой? Маленькая литературная тайна…

Стих Бочинина — сбитый, ёмкий, простой — образец поэтического искусства: нужные слова, ясность мысли, отсутствие фонетической неразберихи. Подкупающая, редчайшая краткость. И читается именно то, что поэт хотел сказать. И так, как хотел. Особенность — и редкость! — бочининского творчества в том, что чеховским "знаком качества" отмечена вся его работа, а не какая-то её часть. На "такте сжатия" работали ещё здешние Геннадий Лысенко и Михаил Гутман. Все трое, конечно, разные, но их объединяет редко дарованное поэту свойство — народность творчества. И что интересно: и Лысенко, и Гутман, и Бочинин (и ещё кое-кто) — сидельцы. Неужели тюрьма, несвобода — колыбель истинных поэтов?

В 2002-м, при участии Леонида Ефимикова, писателя и друга поэта, выходит вторая книга стихов Бочинина "Крик журавля". На одном из книжных развалов я приобрёл её — с дарственной надписью: "Дорогому… на добрую память…
25.03.02 г." И подпись. Третий сборник — "Крещённый молнией и громом" — издан усилиями Александра Киреева и других друзей поэта в 2007-м, уже после его смерти.

Видел я Анатолия Васильевича Бочинина только раз, морозным мартовским вечером 2005-го, в Союзе писателей, на Алеутской, 19. Сторож пустил его погреться, а я зашёл за "Литературным Владивостоком". Бочинин был без ноги. Её ампутировали в январе. Но покинул реабилитационный покой, смертоносную тишину, вырвался за стены, чуждые ему по духу. Мы не были знакомы и не обмолвились ни словом. И как-то резануло по сердцу, когда увидел в "Арсеньевских вестях" (№23, 2010) статью о нём — с чужим, незаслуженно возносящим изображённого и унижающим Поэта портретом…

Бродяжнический дух не унялся и тогда, когда у Бочинина появился свой угол — Михаил Евдокимов, став губернатором Алтайского края, дал ему гостинку. Поэта звала дорога — как Сайгё и Мацуо Басё, Ли Бо и Ду Фу…

Он и умер на ней, бродяга, — 20 июня 2005 года.

Морское кладбище — его последний приют.


***

Тяжело приходится нам, брат.
Наши будни горькие, что виски.
Рыболовства заданный квадрат -
Словно штемпель паспортной прописки.

Жить бы на Алтае, но увы…
Заболев романтикой, что корью,
Душу свою молотом судьбы
Пригвоздил я наглухо к Приморью.

***

Журавли-журавушки родные!
Я болею вами с давних пор.
Вы опять летите неземные,
Вам подвластно всё, что выше гор.

Тянет в небо каждого поэта,
Как во взрослый возраст — малыша.
И что есть во мне от вас, так это -
Сызмальства крылатая душа.

***

Вот так всегда, когда шагаю в гору,
Ко мне приходят радужные мысли.
Луна и солнце в утреннюю пору -
Как два ведра на синем коромысле.

***

Политика — тёмный лес.
Ты думаешь, вождь наш прост?
Его водворил сам бес
На президентский пост.

Ты в душу к нему не лезь,
Тем паче в руках с огнём.
Ведь против тебя он — ферзь
С правом ходить конём.

***

Жизнь похожа на тельняшку -
Вся в полоску, милый друг.
В белой — грустно. В чёрной — тяжко.
В каждом звуке есть свой звук.

Так подумай — и реши,
От игры какого цвета
Происходит крик души?

***

Быт огородный — он непрост.
Быть рядовым никто не хочет.
Червяк, презрев свой малый рост,
Стал из себя вдруг змея корчить.

Ему не в радость чернозём.
Добыть себе гадючью славу
Ползёт гадёныш на приём
К Его Величеству Удаву.

***

О, земляне, до свиданья!
Мне давно уже, друзья,
К тайным звёздам мирозданья
Не карабкаться нельзя.

Вспомнил маму. Вспомнил папу.
И, вторгаясь в Божью суть,
По орбитам, как по трапу,
Восхожу на Млечный Путь.

Конкурсы, встречи —————————————————

Под знаком юбилея

Культурная доля 150-летия Владивостока — книги с его историей, путеводители, присвоение (к случаю и слово!) звания "Почётный гражданин города Владивостока". Не покривим душой: то, чем гордится большинство горожан, — заслуги прошлых лет и поколений. Сам город, с подачи горе-политиков потеряв жизнеутверждающий дух, достойный облик и прозрачность бюджета, в свой трижды золотой юбилей подобающе не преобразился. Но, благодаря неравнодушным людям, мало-мальски украсился изнутри — творческими встречами, поэтическими и музыкальными вечерами, литературными конкурсами…

"Крылатый парус"

Свыше 150 работ молодых авторов со всего Дальнего Восто-ка — да ещё из Москвы и Украины — рассмотрело жюри литературного конкурса "Крылатый парус", объявленного в начале года к 150-летию Владивостока и 120-летию морского образования на Дальнем Востоке. Его организаторы — городская администрация, Морской университет, Приморское отделение Союза российских писателей (ПО СРП), Владивостокская централизованная библиотечная система.

Ученики 27 школ и молодёжь до 25 лет соревновались в знании истории города и края, дальневосточного мореплавания, освоения Уссурийского края, хода Великой Отечественной войны — в очерках, рассказах, стихах, публицистике, художественном оформлении произведений… Символично: первый взнос в конкурсный призовой фонд внесла 82-летняя Мария Филипповна Косяк, первая учительница председателя жюри поэтессы Галины Якуниной.

Специальный приз "Самая юная участница" получила Вика Хорольская, ученица 2-го классы 38-й школы. Ещё спецпризы — у Анастасии Попковой ("За лучший компьютерный дизайн", школа №57), Оксаны Волковой ("За лучшее художественное оформление", Морской университет), других ребят. В "Прозе" отличились Ирина Стеценко и Александр Рыбин (III место), Наталья Титова и Варвара Степанова (II), Алиса Ухань (I). В "Поэзии" — Егор Ситников и Александра Щёголева (III), Инна Атрощенко (II), Валерия Федоренко (I), (на снимке).

Поздравляя организаторов, участников и их наставников председатель ПО СРП Галина Якунина отметила:

- Мосты, которые сейчас строятся, необходимы Владивостоку. Но ещё больше ему нужны мосты духовные — между народами, которые разъединили. Будут эти мосты — будет память, будет культура…

"Блез Сандрар"

Транссибирский экспресс, литературный поезд "Блез Сандрар", пересёк за две недели Рос-сию с запада на восток. После творческих встреч в Москве, Нижнем Новгороде, Казани, Екатеринбурге, Новосибирске, Красноярске, Иркутске, Улан-Удэ и "летучек" на перронах изрядно уставшие лучшие французские писатели прибыли во Владивосток, посвятив пробег Году Франции в России. И 150-летию краевого центра.

Десятеро — Доминик Фернандез, Даниэль Сальнав, Ги Гоффетт, Оливье Ролен, Сильви Жермен, Патрик Девиль, Мейлис де Керангаль, Вильфрид Н’Сонде, Кристоф Горе (Крис) и Феррант Ферранти — дали пресс-конференцию для журналистов в Приморской филармонии. Тёплый вечер с афоризмами, оценками, впечатлениями изобиловал и вопросами, на которые гости с удовольствием и шутками отвечали. В разговоре о литературе Н’Сонде, к примеру, отметил: во Франции повысился интерес к поэзии, в кафе читают стихи, в том числе и русские. Ну а в России, оказывается, не знают не только произведений участников "Блез Сандрара" (едут, ну и едут!), но и имена их слышат впервые. Лишь в Красноярске, признался Фернандез, нашлась любительница беллетристики, прочитавшая его роман. А во время владивостокской встречи выяснилось: только её ведущий Александр Брюханов, директор библиотеки имени Горького, добротно знаком с новой литературой родины Дюма и Мопассана. Он и попросил классика современной французской поэзии Гоффетта прочитать свои стихи, что тот, кавалер Гран-при Французской академии, мастерски сделал. После чего Брюханов спросил:

- Правда, что вы вернули во французскую поэзию знаки препинания, ликвидированные Гийомом Аполлинером?

- Не знаю, кто это придумал, — ответил мэтр, — но это правда. Мне нужны знаки препинания!

Цель французского "вторжения" та же, что и в 1812 году: покорить Россию. Правда, на этот раз — романами и стихами великой литературной державы. Сам Блез Сандрар, писатель, автор поэмы "Проза о Транссибирском экспрессе и маленькой Жанне Французской" (1913), чьим именем назван экспресс, ограничился вымыслом путешествия по России. В конце встречи поэму, изданную небольшой книгой на двух языках, дарил журналистам Марк Саньоль, руководитель отдела книжной и печатной продукции Посольства Франции в России.

Но, похоже, французы и два века спустя в оценке россиян обманулись…

Литературный выпуск подготовил Валерий МАЛИНОВСКИЙ.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники