ФОТОГАЛЕРЕЯ
kniga oblojka
ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

В этом ваш корреспондент убедился, полечившись в краевой клинической больнице № 1 и в Медицинском центре ДВФУ

Решил не оставлять без внимания ситуацию, с которой сам столкнулся в конце прошлого — начале нынешнего годов. И есть убежденность, что не одинок в таких раздумьях. Не называю имен врачей, медсестер, все они — а мне пришлось побывать в четырех лечебных учреждениях — делали всё возможное, чтобы помочь мне. И я искренне говорил им спасибо. Но к организаторам самой системы российского и — в данном случае приморского — здравоохранения у меня появились вопросы. Но обо всём по порядку.

Недельная командировка на международный фестиваль журналистов «Вся Россия» в г. Сочи, последующий бесподобный семейный отдых в этом прекрасном месте, масса впечатлений не предвещали ничего плохого. Но 15 октября резкая боль в левом боку прервала всё это. «Скорая помощь» увезла меня в сочинскую городскую больницу № 2. Обезболивающие уколы, капельница со «страшным» названием препарата — «натрий хлорид», УЗИ и только через четыре дня удалось полностью купировать изнуряющую боль. А дальше был диагноз: мочекаменная болезнь и необходимость выводить из организма трех злополучных камешков. Операцию назначили на 21 октября, но, к сожалению, на этот же день были приобретены обратные билеты на самолет, и на семейном совете решили продолжить лечение в Приморье, ближе к дому. Лечащий врач не возражал и дал толковые письменные рекомендации, как поступать в дальнейшем, какие лекарства использовать. Обязательное требование — сразу же по прибытии домой обратиться в местное учреждение здравоохранения для последующего лечения, что я и сделал. Но недельное пребывание в Михайловской центральной районной больнице, применение тех же капельниц, уколов и таблеток не привели к выведению всех камней из организма. Самый крупный из них застрял в мочеточнике. Для продолжения лечения меня направили в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Приморская краевая клиническая больница № 1″ (г. Владивосток). И первая неприятность ожидала в киоске возле входа на территорию этого медицинского учреждения. Продавщица, зная с наших слов, что соки необходимы для больного человека, всё же подсунула нам их с давно истекшим сроком хранения. Обнаружилось это только в палате, и напитки пришлось выбросить.

В приемном отделении одна из дежурных медсестер резко бросила мне: «Сейчас не до вас, сядьте вон там!» Сел, но уже через минуту она позвала меня, и разговор пошел приветливей. Видимо, и в самом деле человек был занят, а я помешал своими проблемами.

В палате несколько дней, кроме сдачи анализов, ничего не предпринималось, но такая процедура была необходимой, и я понимал это. Узнал, что все платят за лечение, и сам готовился к этому. В этот период произошел, на мой взгляд, совершенно дикий случай. Соседа по палате в больницу привезли на два дня позже меня. Когда его просветили о том, что операция будет платной, он огорчился и сообщил об этом дочери-медику. Та сказала, что по Конституции у нас бесплатная медицина и надо идти к главному врачу, чтобы напомнить ему об этом. Довольный отец пошел в кабинет главврача, где его успокоили, пообещав, что утром будет планерка, на которой всё выяснят и сообщат о принятом решении. Надо было видеть счастливое лицо этого человека. Весь вечер он только и говорил, что «есть справедливость в этом мире, что можно добиться своего, если не сидеть сложа руки, ожидая своей участи». Солидарно с ним и мы радовались. Но утром медсестра сообщила пациенту, что его выписывают из больницы. Человеку — за 70 лет, он нуждался в операции, ему обещали, что разберутся с жалобой, и так цинично поступили. «Разобрались», называется…

Было больно смотреть на униженного и обманутого ветерана. Слезы выступили на его глазах, и уже не находилось слов, чтобы сказать что-то вразумительное. Только и повторял: «Как это можно, как это можно?». Всей палатой успокаивали человека и возмущались происшедшим. Вот тогда-то меня и попросили написать в газету, передав читателям, что в нашей системе ценностей страдания больных, оказывается, стали дополнительной возможностью для выкачивания денег.

В выписном эпикризе из истории болезни записано: «Состояние удовлетворительное». Значит, еще не умер, а что своим действием нанесли пациенту моральные и физические страдания — это, мол, не важно. Нет, это очень важно, если, конечно, помнить и выполнять клятву Гиппократа!

В один из дней меня вызвал в кабинет лечащий врач и откровенно предупредил, что есть два пути лечения: медикаментозное и оперативное, если ничего не изменится. А еще через пару дней, глядя не в глаза мне, а как-то исподлобья, сказал: «Положительного результата нет, а оборудования для таких операций у нас также нет». А разве раньше об этом не знали? За всё время лечения мне сделали только один укол и несколько капельниц.

На этом мои приключения не закончились. Надо было выбирать новое медицинское учреждение. Послушал советы врачей, поискал информацию в интернете. Мнения были различные. Читаю об одной известной больнице: «Если вы хотите быть здоровыми, даже близко к ней не приближайтесь!». Да, ситуация выходила из-под контроля. Еще об одной был не менее грустный отзыв: «Работает один молодняк, страшно им доверять свое здоровье и жизнь!» О третьей и четвертой были если и не такие мрачные мысли, но тоже неоднозначные. С одной стороны, благодарили людей в белых халатах, с другой -предупреждали о грубости медперсонала.

Выбрал Медицинский центр ДВФУ на острове Русском. Мне повезло, что очередь на операцию в многопрофильном хирургическом стационаре этого лечебного учреждения подошла через восемь дней после обращения в регистратуру. Правда, до этого сообщил о себе по телефону, так что ехал не на авось, а по вызову. 1 декабря появился там, 9 декабря в 11 часов дня положили в палату. Может быть, кому-то везло больше, кому-то меньше, но я описываю свой опыт.

Между 1 и 9 декабря появилась еще одна неожиданная проблема. Собирая перед операцией необходимые справки и анализы, прошел обязательную проверку на ЭКГ. Оказалось, что из за мнимых или реальных причин для переживаний проявилась гипертоническая болезнь второй степени и самое неприятное — впервые выявлена аритмичность сердечных сокращений. Об операции и думать нельзя. Спасибо врачам терапевтического отделения Михайловской центральной больницы, что «подлатали» мое сердце за неделю, и утром 9 декабря я уже был в медицинском центре ДВФУ. Врач дал мне лист бумаги с большим по объему текстом, в котором глаза выхватили фразу о том, что я предупрежден о последствиях. Надо было поставить подпись. На всякий случай спросил, о каких последствиях идет речь. И услышал такой ответ: «Ну, когда вы идете по тротуару, также могут быть последствия!» Логика, конечно, железная, но суть в том, что пешеход не оплачивает эти самые «последствия» и не ожидает их. А тут честно предупреждают о них, не забывая напомнить об оплате. Даже у такого хронического оптимиста, каким являюсь я, настроение от этого не поднимется. А впереди — операция по удалению камня у человека, который за свои 70 лет никогда не имел тесных взаимоотношений с медициной. Разве что амбулаторно после травм, ну и еще от возрастного давления, не особенно мне досаждающего. Но те случаи были больше похожи на незапланированный отдых, чем на лечение. А в данном случае подписью пациента медперсонал центра страховался от возможной случайности. Или брака в работе? Значит, условия ответственности сторон неравноправные, а заведомо пострадавшая сторона — это больной человек! Хотелось, чтобы такого не было в принципе!

Что сказать о самом центре? Отдавая дань благодарности, утверждаю, что питание там отличное, имел возможность сравнивать. Обслуживание достойно того, чтобы о нём писали как о положительном опыте. Оборудование одноместной палаты классное! В ней есть телевизор, холодильник, другие бытовые приборы, мебель, душевая и туалет. Кровать пультом управления регулируется автоматически. Продумана возможность комфортного приема пищи. Кнопки вызова медсестры расположены во всех местах, где может находиться пациент, и на таком уровне, что даже при падении на пол легко дотянешься до них. Медсестра появляется в пределах одной минуты. И как это им удается?!

Утром 10 декабря мне сообщили об операции, начали ее в полдень после обезболивающего укола в спинной мозг. И хотя прошло приличное время, но его я, как и боли, не ощущал, а наблюдал по монитору действия врача, дистанционно ведущего дробление камня лазером. Пару раз что-то не так получалось, и было видно, как струи крови обтекали преграду. Операцию прекратили, а в мочеточник вставили трубку — стент (с ним пришлось ходить полтора месяца, благо никаких физических неудобств он не вызывал, разве что моральные). А утром 11 декабря, не прошло еще и суток после описанной операции, меня предупредили, чтобы я готовился к выписке. Ее явно торопили, потому что несколько раз заходили в палату и спрашивали, почему я еще ее не покинул. Судя по всему, действовал бездушный конвейер приема платных пациентов. Удивленно показывал на трубку, которая соединяла мой организм с мешочком для стекающей жидкости, окрашенной в цвет крови, что и было на самом-то деле, и спрашивал в ответ, что мне с ней делать. После прихода врача — а дело было уже к обеду — срочно сняли катетер (так, кажется, называется та трубка), и я уплатил в кассу за двухсуточное пребывание (с операцией) в палате центра — без малого 59 тысяч рублей. Выступала кровь, ощущалась боль, но когда я об этом сказал лечащему врачу, он ответил: «А что же вы хотите, если у вас только что сняли катетер?» Хорошо еще, что племянник отвез меня в Михайловку на своем автомобиле. А на второй день до 39 градусов поднялась температура, резко повысилось давление. Пришлось звонить врачу, получать консультацию, а ночью вызывать скорую помощь и в последующие дни недели долечивать то, что не сделали в центре. История повторилась и со вторым заходом, когда пришлось убирать из организма стент. Через полчаса после операционных манипуляций в поликлинике центра (кстати, за почти пять тысяч рублей) пришлось уезжать домой. И, как и в первом случае, никакого тебе реабилитационного периода.

Так я на собственном опыте убедился, что система здравоохранения в Приморском крае далека от совершенства. И дело не в самом факте ее платности, хотя это бич для большинства больных, а в том, что нарушаются конституционные права человека. Из народной медицины она превращается в циничный бизнес на здоровье, в конвейер зарабатывания денег. Да разве только в Приморье? Это — такая политика!

Я не обвиняю врачей, они заложники российской капиталистической системы выбивания денег любым способом, и чем больше, тем лучше. Но о чём думают чиновники краевой администрации и руководство ДВФУ, в чьём ведомстве находится Медицинский центр? Ведь именно ректор подписывает приказ на платные услуги с их далеко не божескими расценками, а чиновники — хозяева территории. И как можно терпеть такие случаи, как это было в городской больнице № 1 г. Владивостока? Да вам, «господа», наплевать на здоровье людей, когда маячит прибыль везде и во всём. Вы превращаете социальную систему здравоохранения в кормушку и коммерческое предприятие. Мне еще повезло, что кроме мелких (в поликлинике) и операционных (в больнице) затрат я не нес других. А какие у нас в Приморье дорогие лекарства! Пишу об этом с удивлением и возмущением потому, что раньше не довелось испытать это на собственной шкуре. Сподобился! Теперь лично знаю этот парадокс: пожилому человеку, ветерану труда, по возрасту надо лечиться, а он не может это делать из-за отсутствия средств. С трудом заставляет себя идти в поликлинику или аптеку, понимая, что сажает на иглу бедности всю семью.

Из прессы узнал, что по требованию Министерства здравоохранения Российской Федерации в регионах созданы общественные советы организаций, якобы отстаивающих права пациентов. Ну, а как в Приморье? Созданы ли они? Кто в них входит, не сами ли чиновники от медицины и власти? Какой эффект от их трудов праведных? Хотелось бы знать!

А что означает издевательская система квот на бесплатное лечение? Кто эти счастливчики, назовите если не их фамилии, то хотя бы должности. Не те же чиновники всех уровней и депутаты, принимающие непрофессиональные решения? Какой процент из них составляют пенсионеры или труженики?

Сами медики рассказывали, что первые квоты выделялись не так оперативно, как сейчас. Период ожидания операции был долгим, существовали очереди от шести месяцев ожидания до года. Теперь всё решается намного быстрее — примерно в течение двух месяцев. Но такой срок при тяжелых заболеваниях — тоже критический. Да и мой личный опыт не увязывается с такими заверениями. В начале декабря знакомые врачи, пытаясь мне помочь, узнали, что квот уже нет ни на декабрь, ни на полгода вперед. Поневоле согласишься на платную операцию к удовольствию бизнесменов от медицины. Деваться-то некуда при острой мочекаменной болезни! Но почему всё это так происходит?

На форуме Общероссийского народного фронта талантливый детский врач Леонид Рошаль назвал преступлением снижение затрат на здравоохранение с 3,7 процента ВВП до 3,4 в бюджете на 2016 год. Я реалист и всяким там «народным фронтам», «единым росси-ям» (жизнь подтверждает такой вывод) не верю. Так что слова Рошаля упали в пустоту, не в той аудитории он их сказал! Но всё же, ради истины, приведу в качестве информации еще один абзац из выступления человека, который действительно болеет за медицину: «Если у нас на здравоохранение выделяется 3,7 процента ВВП в рублях, на Западе — 10-12 в евро и долларах. У нас на одного больного приходится 700-800 рублей, там — 5000 евро. Жить и работать в таких условиях очень сложно, но все хотят, чтобы мы за эти деньги лечили лучше, чем там. Так не бывает. Не будет здоровья народа — не будет производства, не будет здорового потомства, будут инвалиды, которые дорого обходятся. Государство обязано обеспечить доступность бесплатного медицинского облуживания наравне с платными услугами. Лучше советской системы здравоохранения по эффективности и экономичности в мире не было, и надо ее возродить».

Всецело за это и я. Мы все наивно верим в лучшее. А разве кремлевская власть и ее поддерживающие партии и движения («Единая Россия», Общероссийский народный фронт, которыми руководят первые лидеры государства Путин и Медведев, напоминаю это для тех, кто «забыл» об этом) гарантировали нам такую социальную заботу? Жизнь показала, что заботы у них свои. Иначе не додумались бы до убийственной для здравоохранения «оптимизации», которую уже называют геноцидом против народа, а то ли еще будет! Если с каждым годом правительство придумывает новые поборы с человека (тот же налог на капитальный ремонт), путает его с ног до головы ростом цен, то почему это здравоохранение должно оставаться в стороне? Больных людей много, откачать из их семейных бюджетов новые и немалые деньги -мечта некоторых идиотов. А холуяж названных партий давно замечен в обществе. Эти «слуги народа» автоматически голосуют за всё, что спустят им из правительства. Не читая, не осмысливая, не думая о людях, о которых (по самомнению власть предержащих) «пекутся» днем и ночью, а на самом-то деле далеки от них. А что касается гаранта Конституции Владимира Путина, то, чтобы не занимать много места, приведу афоризм, вычитанный в газете «Советская Россия»: «Путин сообщил Путину о проблемах с медицинской реформой Путина. Путин пообещал Путину дать указания Путину разобраться с реформами Путина». Это сарказм о круговой политике кремлевской власти, когда разговору много, а дела нет. Афоризм попал в точку! Да и не только по отношению к медицине. В этом ряду — образование, ЖКХ, социалка…

«Я хочу создать очень хорошую систему здравоохранения», — заверяла министр Вероника Скворцова ведущую передачи «Наедине со всеми». Но если платная медицина — предел ее мечтаний, то «спасибо» она не дождется. Как может честный чиновник, отвечающий за здоровье народа, согласиться с тем, что из каждых 100 рублей расходной части бюджета на здравоохранение выпадает только три? А разве можно считать достижением, когда за 2015 год 14,5 тысячи населенных пунктов России остались без учреждений здравоохранения? В Москве и Московской области их сокращение и увольнение врачей привело к массовым акциям протеста. Для москвичей это не традиционно, но, видно, и их допекло.

Приморью вроде бы повезло, здесь открываются новые ФАПы. А недавно Владимир Миклушевский подписал соглашение с «Роснано», «Росатомом» и ДВФУ о создании на базе медицинского учреждения на Русском острове Центра ядерной медицины. При этом губернатор заверил, что для жителей Приморья и других регионов России услуги будут бесплатными за счет средств Фонда обязательного медицинского страхования. Но, во-первых, там, где замешан Анатолий

Чубайс, известный как отец ваучеров и всяких хитроумных схем «модернизаций», после которых продолжался развал экономики, трудно поверить в реальность задуманного. А во-вторых, о бесплатности услуг Владимир Владимирович явно загнул для пиара. Не верю! Единицы приморцев пользуются бесплатными квотами. А кто мешает краевой власти обеспечить бесплатное лечение всех больных за счет того же ФОМСа?

В заявлениях, которые подписывают пациенты как потребители услуг медицинских учреждений, есть, на мой взгляд, лукавая до цинизма запись. Например, в ГБУЗ ”ПККБ №1″ она такая:

«Я, Ф.И.О., являющийся потребителем (заказчиком), прошу заключить со мной договор на проведение в государственном бюджетном учреждении здравоохранения «Приморская краевая клиническая больница № 1″ платных медицинских услуг, названных в договоре. Я проинформирован о предстоящей медицинской услуге (обследовании, лечении, операции) и поставлен в известность об альтернативных методах профилактики, диагностики, лечения на бесплатной основе в рамках Программы государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации бесплатной медицинской помощи. Медицинская услуга, указанная в данном договоре, оказывается мне в ГБУЗ «ПККБ № 1″ платно по моей просьбе. Я извещен о возможных последствиях, возникающих в результате оказания медицинских услуг по настоящему договору…» Ну и далее в таком же духе. А концовка такая: «…С условиями договора ознакомлен, согласен и прошу заключить его со мною».

Что получается? Пациент сам и гласно, на полном серьезе напрашивается на платную медицинскую помощь, при этом про себя возмущается капиталистическими порядками в отрасли! И это творится не в частной лавочке, а в государственном бюджетном медицинском учреждении! Да и не в одном, а в большинстве, разве только за исключением сельских. Пока исключением! А где же, «господа», действие 41-й статьи Конституции?

Вот такую ситуацию попросили меня осветить соседи по палате. Их просьбу я выполнил.

Василий ГАННЕНКО, Михайловский район.

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники