ФОТОГАЛЕРЕЯ
kniga oblojka
ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Законопроект о визовом режиме в свободном порте Владивосток (СпВ) принят Госдумой в первом чтении. Теперь иностранцы могут оформить въездную визу по упрощенной схеме в форме электронного документа. Ожидается, что в целом закон примут в апреле. Чего же мы хотим добиться благодаря СПВ?

В первоначальной редакции проекта закона о свободном порте цель как таковая отсутствовала (как нет ее и в законе о ТОРах). В окончательной редакции их пять. Но соответствуют ли они определениям понятия «цели»?

Можно ли назвать целью «использование географических и экономических преимуществ Приморского края для интеграции в экономическое пространство АТР»? По логике авторов закона, до его написания эти преимущества не использовались, а теперь будут. Но Владивосток даже в статусе закрытого порта до 1991 года был одним из немногих городов страны с интенсивными международными связями.

До недавнего времени, действительно, его экономико-географические преимущества использовались крайне слабо. Достаточно сказать, что все российские порты Тихоокеанского побережья в сумме перерабатывают грузов меньше, чем один южнокорейский Пусан. И если теперь стоит задача обеспечить выход на тот же уровень, как в портах стран АТР, то и цель должна быть сформулирована таким образом.

Это же можно сказать о такой цели, как «развитие международной торговли с государствами АТР». Что со временем можно будет предъявить в качестве результата, как измерить «развитие» и к какому сроку его ожидать?

Ближе к определению цели третий пункт — «создание и развитие производств, основанных на применении современных технологий и ориентированны на выпуск в СПВ конкурентоспособной в государствах АТР продукции». Но если речь идет о производствах, подобных предприятию «Мазда Соллерс», то возникает вопрос: будет ли его продукция из импортных комплектующих конкурентоспособной на рынках АТР?

Формула «ускоренное социально-экономическое развитие территории…» в качестве цели присутствует во всех программах на протяжении последних десятилетий. Правда, пока «ускорение» проявляется разве что в устойчивом оттоке населения из региона.

Но наиболее странным в законе выглядит пункт 1 — об «обеспечении взаимодействия федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, входящих в состав округа». В чем смысл данной целевой установки: до закона о свободном порте такого взаимодействия между разными уровнями власти не было, а теперь будет налажено «в целях развития свободного порта Владивосток»?

В чем принципиальное значение формулировки цели, кому она адресована? В первую очередь себе — как вы цель определите, такой результат и получите. Но не менее важно показать ее потенциальному инвестору. Свою цель он пропишет в бизнес-плане, но ему важно понимать цели тех, кто создает здесь привлекательные условия для инвестирования. Может быть, расплывчатость формулировок целей объясняет преобладание в списке резидентов отечественных инвесторов?

Цель данного закона, как и определение свободного порта, должны быть производными от долгосрочной стратегии социально-экономического развита региона, правильного понимания направления «главного удара» и сроков решения поставленных задач. В принятом законе «О свободном порте Владивосток» эти позиции прописаны неудовлетворительно из-за отсутствия видения того, что именно должно произойти через десятилетия.

Другими словами, приглашая инвесторов и создавая для них льготные условия, во-первых, хорошо бы самим определиться, что мы хотим видеть на этой территории через 10-30-70 лет, во-вторых, познакомить с этими намерениями тех, кто приходит делать здесь свой бизнес.

Режим свободного порта Владивосток вводится на 70 лет. Такой срок невозможно понять ни с позиций сформулированных выше целей, ни с точки зрения функции свободного порта. Не помогает объяснение необходимости «охраны жизни и здоровья граждан», «объектов культурного наследия», «окружающей среды». Отсутствует какая бы то ни была связь с предпринимательской деятельностью: нет ни слова о завершающихся циклах бизнес-процессов, реализации инвестиционных проектов и так далее. Территория свободного порта Владивосток, как она фиксируется в законе, знаменует собой окончательную победу чиновников над географией региона, сбивая с толку потенциальных резидентов. Сначала в проект закона были включены семь муниципальных образований, которые, за редким исключением, представляют собой территорию единого водосборного бассейна залива Петра Великого и входят в состав формирующейся агломерации Большой Владивосток. Но победило бизнес-мышление, поэтому по мере обсуждения проекта список претендентов на преференции свободного порта расширялся к взаимному удовольствию: чиновникам федерального министерства для отчета было важно

показать расширяющиеся масштабы проекта, а муниципальные строили свой расчет на возможности прикоснуться к государственному бюджету.

Через год в Приморском крае в свободный порт Владивосток вошло уже 16 муниципальных районов, к нему же приписали Петропавловск-Камчатский, порт Ванино Хабаровского края, Корсаков на Сахалине и Певек на Чукотке.

Территории, на которые распространяется действие этого закона, как правило, не готовы ни по уровню развития инфраструктуры, ни по кадровому обеспечению, ни по возможностям бизнеса воспользоваться предоставляемыми льготами. В законе сначала перечисляются муниципалитеты, которые входят в состав СПВ, а потом утверждается, что к свободному порту «не относятся территории, на которых созданы особая экономическая зона, зона территориального развития или территория опережающего социально-экономического развития». Но такая конструкция предполагает наличие разных режимов ведения бизнеса на одной и той же территории, потому что, например, в составе Надеждинского муниципального района, входящего в СПВ, работает и территория опережающего развития, во Владивостоке создана ОЭЗ «Соллерс», а на Русском острове взамен несостоявшейся особой зоны предлагается открыть территорию опережающего развития.

Все это ставит перед потенциальным резидентом (даже отечественным) множество вопросов, остающихся без ответов.

Юрий АВДЕЕВ,
старший научный сотрудник
Тихоокеанского института географии ДВО РАН, к.э.н.
«Российская газета».

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники