ФОТОГАЛЕРЕЯ
oblojka kniga
ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

На II Гражданском форуме «Стратегическое планирование развития Владивостокского городского округа» в думе Владивостока обсудили перспективы стратегического развития и будущий генплан Владивостокского городского округа и Владивостокской агломерации. Выступая на форуме, первый вице-губернатор края Василий Усольцев заявил, что генеральный план города будет модернизирован. Об этом говорили как чиновники города и края, так и другие участники. С вопросом, чем же не устроил власть генплан действующий, мы обратились к нашему общественному эксперту, одному из авторов всех генеральных планов Владивостока с 1974-го по 2012 годы, профессору Аникееву.

- Валентин Васильевич, действующий генеральный план, разработанный институтом «Приморгражданпроект» с вашим участием, был утвержден в 2008 году и частично уточнен в 2012-м. Насколько известно, генпланы городов разрабатываются на 20-25 лет. Почему же уже действующий решили «модернизировать»?

- Об этом лучше спросить чиновников города и края. Во всяком случае, основные и приоритетные направления развития Владивостока, основные положения утвержденного генерального плана городского округа и сейчас полностью сохраняют свою актуальность.

Сам по себе генплан никогда и не рассматривался как нечто неизменное, по мере развития города в него обычно вносились текущие изменения. И лишь когда город вырастал из коротких штанишек планировочных и инженерных рамок генплана или когда резко менялась градоформирующая база либо основные функции города, приходилось разрабатывать новый или серьезно корректировать действующий.

До развала СССР Владивосток развивался по генплану, утвержденному в 1984 (частично измененному в 1989-м) году, срок его действия — до 2010-го. Но произошедшие в стране и крае в 1990-х годах коренные изменения, связанные с переходом от планово регулируемой экономики к рыночной и к новому государственному устройству, потребовали разработки нового генплана. К тому же стали изменяться градостроительные нормативы и правовая база регулирования градостроительной деятельности. Поэтому пришлось заново разрабатывать концепцию градостроительного развития Владивостока в новых условиях. Она и была разработана в 2003 году институтом «Приморгражданпроект», а на ее основе им же был разработан новый генплан, утвержденный думой города в 2008 году. Его решения легли в основу подпрограммы подготовки Владивостока к саммиту АТЭС-2012. Но в процессе этой подготовки были допущены некоторые отклонения от генплана, а уточнения по ним были сделаны при корректировке генплана, принятого думой в 2012 году.

- Какие же доводы для внесения новых изменений в генплан появились в последние годы?

- Их несколько, связанных с изменениями федерального законодательства и с инициативами городских и краевых властей.

Первое.По федеральному закону многодетным семьям (краевой закон добавил к ним и другие семьи) необходимо предоставлять земельные участки для индивидуального строительства. А где их взять? Ведь из-за крайне ограниченной территории полуострова Муравьёва-Амурского в генпланах Владивостока, начиная с 1970-х годов, новое малоэтажное и усадебное строительство вообще не предусматривалось. Только за счет сокращения лесопарковой зоны? Но общественной зелени (парков и скверов, включая лесопарковую зону) в городе было втрое меньше, чем требуется по экологическим нормативам! Из-за этого горожанам, желающим жить на земле, участки для дачного и индивидуального строительства предоставлялись в пригородной зоне — в Артёме, Надеждинском и Шкотовском районах (сейчас это территория Владивостокской агломерации). Но когда муниципалитеты получили все полномочия по землепользованию на своих территориях, такое положение потребовало четкого регулирования межмуниципальных отношений. Однако правовой базы для этого на федеральном уровне нет до сих пор (агломерации не имеют правового статуса), поэтому администрация края попыталась «рулить» этими процессами в агломерации по-своему, но об этом чуть позже.

Когда же глава города «получил разгон» от президента за невыполнение «закона многодетных семей», пришлось пожертвовать лесными землями в районе Шаморы и в водоохранных зонах. Из-за этого по заданию администрации города иркутские проектировщики из ГипроДорНИИ подготовили изменения в генплан, их утвердила дума города.

Второй довод. Во время выборной кампании 2013 года Игорь Пушкарев зажег горожан идеей строительства т.н. Владивостокской кольцевой автодороги (как же, у Москвы есть МКАД, а у Владивостока будет ВКАД!). В утвержденном генплане городского округа -это проектная магистраль вдоль Амурского залива от Седанки до Токаревской кошки с переходом на остров Елены и Русский остров. Но мэрия (И.С. Пушкарев и А.И. Мельник) с подачи института «Гипростроймост — Санкт-Петербург», заинтересованного в заказах на проектирование больших мостов (он проектировал Золотой мост), решила пойти морем — проложить дорогу по мостам и тоннелю на акватории Амурского залива. Поскольку задуманная мэрией трасса ВКАД не соответствовала генплану (из-за этого она не имела шансов на реализацию), мэрия решила подогнать генплан под эту трассу.

(«Утро России” писало о недостатках т.н. «проекта ВКАД» в номерах от 08.08.2013, 24.10.2013, 13.03.2014, 19.04. 2014, 30.08.2014, 21.03.2015, 04.06.2015, 11.07.2015, 11.02. 2016, 16.03.2016. — Ред.).

Институту РосНИПИУрбанистики (бывший Ленгипрогор), разработчику генпланов Владивостока 1953, 1961 и 1984/89 годов, было поручено разработать новый генплан, в котором учесть и новую трассу ВКАД, и место города в составе агломерации.

Первый этап работы — концепцию внесения изменений в генплан городского округа — институт выполнил и сдал администрации города в 2014 году. В этой работе РосНИ-ПИУрбанистики внес дельные, профессионально обоснованные предложения, но в то же время показал надуманность предложенной мэрией трассы ВКАД взамен магистрали вдоль Амурского залива.

Не получив поддержки институтом «проекта ВКАД», мэрия потеряла интерес к этой работе и не подписала контракт на ее продолжение. К тому же законом Приморского края от 18.11.2014 № 497-КЗ основные полномочия по регулированию градостроительной деятельности на территории краевого центра были переданы администрации края.

Третье. Администрация края забрала у четырех муниципалитетов Владивостокской агломерации права их представительных органов по регулированию градостроительной деятельности и взяла их на себя.

Так Владивосток оказался между двумя стульями — городские власти уже не имеют права заниматься градостроительной документацией и регулированием застройки на своей территории, а краевые департаменты градостроительства и земельных отношений еще неспособны в должной мере заниматься этими вопросами. Чем это обернулось для Владивостока, ваша газета не раз писала («Утро России»за 05.06.2014, 08.11.2014, 22.11.2014, 21.05.2015, 16.06.2016. — Ред).

Департамент градостроительства края вместо продолжения работы с РосНИ-ПИУрбанистики в октябре 2016 года заключил договор с институтом территориального планирования «Град» (г. Омск) на выполнение работы по подготовке изменений в документы территориального планирования Владивостока и Артёма, Надеждинского и Шкотовского районов, а также в Правила землепользования и застройки муниципальных образований, вошедших во Владивостокскую агломерацию. Главный архитектор проекта Максим Ефанов из Омска доложил форуму, что у них «родилось семь проек-тов-концепий: активный город, европейский город у моря, Восточный форпост России, Владивосток-2070 — мировой город и Владивосток — город-порт, не курорт».

И какая из этих семи фантазий станет основой генплана? На какой градообразующей и ресурсной базе она будет реализовываться?

Не хочу обидеть коллег из

омского «Града», но, на мой взгляд, градостроители РосНИ-ПИУрбанистики — разработчики генеральных планов Владивостока с 1950-х годов — лучше знают особенности развития города.

В ситуацию с генпланом встряла еще одна работа иностранцев. В декабре прошлого года некий российский Фонд единого института развития в жилищной сфере (не город и не край!) и японская архитектурно-инжиниринговая компания «Никкен Секкей ЛТД» подписали договор на разработку некоего мастер-плана по развитию Владивостокского городского округа.

Губернатор заявил: «Японцы — одни из лучших специалистов в мире по организации пространства. Безусловно, нужно использовать передовой опыт по улучшению городской среды. Речь идет о строительстве умных домов Smart Wellness, бестраншейной санации трубопроводов, борьбе с пробками на дорогах за счёт внедрения системы умных светофоров, современных подходов к переработке и утилизации отходов, а также о транзитно-ориентированном проектировании». Вице-губернатор края Эдуард Портнов заявляет, что этот «мастер-план должен решить ключевые вопросы для развития Владивостока: разгрузить транспортные магистрали, решить проблемы с точечной застройкой и землями Минобороны и вынести мусорный завод за пределы города».

Надежды еще те!

Непонятно, что это за вид градостроительной документации — мастер-план? Такого нет ни в Градостроительном кодексе РФ, геских рекомендациях по разработке проектов генеральных планов поселений и городских округов, утвержденных приказом Мин-региона РФ № 244 от 26 мая 2011 г. Есть генеральный план, есть Правила землепользования и застройки, есть конкретные краевые и муниципальные программы — выполняйте их!

В зарубежной практике проектирования мастер-планы распространены, но в нашем правовом поле мастер-план не имеет никакого статуса.

Зачем тогда его разрабатывать? Показать, что мы тоже не лаптем щи хлебаем, используем мировые практики, привлекаем зарубежных специалистов?

А что толку от этой показухи?

Наглядный пример — к предпроектным проработкам для подпрограммы подготовки Владивостока к саммиту АТЭС- 2012 по настоянию Москвы были привлечены фирмы из Великобритании, США, Нидерландов, Тайваня. Из 70 миллионов рублей, выделенных на эти цели, Приморгражданпроекту перепало всего лишь около 600 тысяч, тогда как большинство решений подпрограммы взяты из его проекта генплана ВГО. Практически ни одна проработка иностранных фирм не была использована в подпрограмме, зато, видимо, московские чиновники получили неконтролируемые зарубежные откаты.

Второй пример — возня мэрии вокруг «проекта ВКАД». Сколько денег из городского бюджета потрачено на «обоснование обоснования «проекта ВКАД» британской компании «Ernst & Young», на работы других иностранных консалтинговых компаний по «реализации» этого проекта! Но встречи в мэрии с делегациями из Китая, Японии, Республики Корея, Италии и других стран, которые якобы проявляют интерес к этому проекту, не дали никаких реальных результатов.

В вопросах развития транспортной инфраструктуры Владивостока у мэрии, к сожалению, имеет место «легкость мыслей необыкновенная». Вместо «пошаговой» реализации транспортной схемы генплана тешат себя маниловщиной ВКАД. Если строительство второго мостового перехода на Русский остров считают первоочередным, то он есть в генплане округа. Более того, на этот переход с полуострова Шкота на остров Елены Лен-гипротрансом, Гидротексом и Приморгражданпроектом с участием ДнИИМФ в 2003 году было выполнено обоснование инвестиций в четырех вариантах моста. Берите эти материалы и разрабатывайте реальный проект, даже если к его строительству будут привлечены фирмы Республики Корея.

К сожалению, администрация города и департамент градостроительства края не принимают мер по обеспечению Владивостока градостроительной документацией всех видов, предусмотренных Градостроительным кодексом РФ и федеральными правилами по градостроительству.

Ситуация с генеральным планом, как видим, пока подвешена.

Карты градостроительного зонирования в Правилах землепользования и застройки требуют существенной доработки, особенно в части экологических аспектов и повышенного внимания к вопросам благоустройства городской среды. Ведь именно на этих картах должно быть четко определено использование конкретных земельных участков, в том числе скверов, других общественных территорий, по которым сейчас возникают споры.

Не менее важную роль играют проекты планировки и проекты межевания городских территорий. В городе еще много районов, кроме Снеговой пади, Патрокла и полуострова Саперный Русского острова, не имеющих современных проектов планировки. Пока не доведен до ума проект планировки полуострова Шкота (Эгершельд). Новых проектов планировки ни город, ни край пока не разрабатывают. Хорошо, что некоторые инвесторы («Синяя сопка», «Зеленый угол» и др.) пытаются сами заказывать проекты планировки, хотя это, прежде всего, прямая обязанность местных властей.

А ведь без проектов планировки нельзя бороться с точечной застройкой.

- Кстати, о ней. И жители города, и власти всех уровней категорически против нее, требуют застройки комплексной. Почему же она так распространена, и не только во Владивостоке?

- Точечная застройка — порождение перехода к рыночной экономике и явного приоритета частной собственности на земли поселений.

Почему в советские времена почти все жилые районы Владивостока застраивались комплексно: вместе с жильем строились школы, садики, поликлиники, другие объекты обслуживания, улицы и проезды, инженерные сети и благоустройство? Только потому, что основным, нередко единым заказчиком жилищного строительства (как сейчас модно говорить — инвестором) было государство в лице УКСов горисполкома (крайисполкома) и ОКСов государственных предприятий. В них работали квалифицированные специалисты, хорошо знающие все перипетии организации строительства. Они заботились и о проектах застройки, и о строительстве школ (садики для детей своих работников часто строили сами предприятия), других объектов соцкультбыта, благоустройства.

Да и вопросы использования земель поселений решались государством в интересах создания нормальной среды обитания жителей.

А сейчас? «Лоскутная нарезка» земельных участков по видам собственности создает массу проблем для использования ограниченных территорий города в интересах горожан. Желание каждого инвестора иметь свой участок (хотя большинство из них не ахти какие «богатые») привело к тому, что они «разбежались по углам». Каждый из них думает лишь о том, чтобы свой объект недвижимости — жилой дом или офис, как частную собственность, можно было повыгоднее продать или сдавать в аренду. О соцкультбыте, инженерном обеспечении, благоустройстве, которые и создают комфортную для жизни горожан среду, пусть думают муниципалитеты. А какие у них бюджетные возможности — хорошо известно.

В то же время там, где застройщиками жилья выступают государственные структуры или крупные инвесторы, есть возможности для комплексной застройки, в том числе и на принципе государственно-частного партнерства. К сожалению, наше градостроительное и земельное законодательство в этих вопросах несовершенно, а правовая грамотность и желание местных чиновников решать их далеко не на высоте. Если в Снеговой пади трудно, но еще как-то решаются вопросы с объектами соцкультбыта, то на Патрокле, где застройщиком жилья выступает Минобороны, или на Второй Речке, где будут построены три 16-этажных дома для Росатома, в районе бухты Фёдорова («Аквамарин») и в

ряде других жилых комплексов, социальная инфраструктура либо не создается, либо резко отстает от ввода жилья. Вот где властям надо бы не разглагольствовать о государственно-частном партнерстве, а реально им заниматься.

Так что точечная застройка — родимое пятно рыночной экономики, для борьбы с ней нужны профессионально подготовленные квалифицированные кадры, чем, к сожалению, не располагают нынешние органы управления ни края, ни города.

- Почему проектированием во Владивостоке занимаются иногородние и иностранные фирмы? Где же наши, они что, не способны?

- Проектирование для строительства, в том числе и разработка градостроительной документации, сложный и ответственный вид творческой профессиональной деятельности. Подготовка квалифицированных кадров проектировщиков требует не менее десятка лет.

Вспомним, в 1960-х годах для проектирования хрущевского Большого Владивостока было привлечено более 30 проектных организаций со всей страны. Но уже с 1970-х годов во Владивостоке выросли такие крупные проектные фирмы, как Дальневосточный Пром-стройНИИпроект, Приморграж-данпроект, ДальморНИИпроект (ДНИимФ), Энергосетьпроект, Дальгипрорыбпром, другие институты и филиалы. В них была создана современная информационная и техническая база, сложились творческие коллективы высокой квалификации. Эти фирмы вели проектирование не только для Владивостока и Приморья, но и по всему Дальнему Востоку, а Энергосетьпроект и ДНИИМФ — даже по стране и за рубежом! Теперь же о былой мощи и творческом потенциале этих проектных институтов напоминают лишь построен -ные для них крупные здания. Пожалуй, лишь одному ДНИ-ИМФу удалось более-менее сохраниться, а остальные либо исчезли, как Дальневосточный ПромстройНИИпроект, либо скукожились, как Приморграж-данпроект.

Вместо этих высокопрофессиональных организаций во Владивостоке расплодилось не менее сотни мелких проектных фирмочек, где в лучшем случае настоящих профессионалов можно посчитать на пальцах одной руки. Разве они способны выполнять серьезные градостроительные проекты?

Такая ситуация не только во Владивостоке, но и во всей России. Лишь немногие субъекты Федерации смогли хоть как-то сохранить свои Гражданпро-екты. Ведь именно они создавались для проектирования жилищно-гражданского строительства на местах. К сожалению, власти города и края, что называется, пальцем об палец не ударили для сохранения такого мощного потенциала хотя бы в Приморгражданпроекте.

Сейчас градостроительным проектированием пытается заняться Центр развития территорий при департаменте градостроительства края. Ни одного его проекта я пока не видел, не могу судить о его профессиональном уровне. Но хорошо зная состав архитектурного сообщества города (почти все — бывшие студенты ДВПИ -ДВФУ), сомневаюсь в должной квалификации специалистов этого Центра.

- В прошлом году состоялся Госсовет при президенте России по вопросам градостроительства. Недавно Минстрой РФ провел семинар по формированию комфортной городской среды. Кажется, федеральные власти поворачиваются лицом к проблемам градостроительства?

- С развалом СССР градостроительство фактически выпало из поля зрения властей. На Госсовете по строительству

в мае 2016 года спохватились, наконец, что в градостроительстве у нас полный хаос. Основная цель градостроительства — создание комфортной, безопасной и благоустроенной среды для жизни, работы и отдыха сообщества людей, сконцентрированных на ограниченном пространстве поселений. Градостроительство требует огромного диапазона знаний в сферах социальных, экологических, демографических, технических, эстетических и иных процессов, динамично протекающих на пространствах городов и прилегающих к ним территорий. И здесь многое зависит от профессионального руководства этими процессами со стороны органов градостроительства на региональном уровне.

В масштабах страны решили активно реализовывать приоритетный проект, направленный на повышение качества и комфорта городской среды в российских городах. Но выяснилось, что губернаторы и их заместители почти во всех краях и областях неспособны профессионально руководить этими процессами.

- Куда уж дальше, вернее, ниже, если департаментом градостроительства у нас руководил… выпускник ДВГУ. Что-то не припомню, чтобы в нашем бывшем ДВГУ готовили строителей.

- Тогда президент В.В. Путин поручил губернаторам подчинить себе напрямую главных архитекторов края и областей. Недавно Минстрой РФ доложил, что лишь в 32 регионах это поручение выполнено, в 26 регионах (Приморский край в их числе) лихорадочно начинают вводить должности главных архитекторов, а в 12 регионах должности главного архитектора в штатной структуре нет вообще.

- Вы почти 20 лет работали главным архитектором Приморского и Хабаровского краев. Как, по-вашему, это поручение президента скажется на улучшении градостроительства в крае и во Владивостоке?

- Я полагаю, что это — импульсивные трепыхания на федеральном уровне. Нужно существенно менять и отношение к градостроительству, и его правовую базу. В Москве на семинаре по вопросам формирования комфортной городской среды министр по строительству и ЖКХ Михаил Мень заявил, что эта мера открывает перед архитекторами новые перспективы и возможности для реализации своих полномочий вследствие бОльшей самостоятельности и подчинения напрямую лишь одному руководителю — главе субъекта. По мнению министра, главные архитекторы должны стать своего рода агентами влияния по благоустройству территорий.

О каких полномочиях главного архитектора края можно говорить, если такой должности с определенными на федеральном уровне требованиями к его правам и обязанностям сейчас практически нет.

В советское время действовало «Примерное положение о главном архитекторе края, области, города, района», утвержденное приказом Госкомархи-тектуры при Госстрое СССР от 19 июля 1990 г. № 124. Оно было руководством для назначения и работы главных архитекторов краев и областей. Этим Положением было установлено, что главный архитектор края является начальником органа архитектуры и градостроительства крайисполкома. Для него были четко поставлены задачи, определены обязанности и предоставлены права для решения стоящих перед ним задач.

Главный архитектор края должен назначаться высшим органом власти края, области по согласованию с Госстроем РСФСР, организацией Союза архитекторов СССР и подчиняться высшему должностному лицу региона.

Принципиально важным было такое положение: «На должность главного архитектора назначаются лица, имеющие законченное высшее архитектурное образование, стаж практической работы по специальности не менее 5 лет, творческие достижения в области архитектуры и градостроительства, организационные способности в области инвестиционной деятельности».

- Простите, но вы же тогда стали главным архитектором края, не имея архитектурного образования!

- Тогда кадрами «рулила» партия. Меня — главного инженера института — вызвали в крайком и, не считаясь с моими возражениями, назначили главным архитектором. Пришлось дважды проходить длительную переподготовку на курсах в Московском архитектурном институте, учиться в аспирантуре и защищать кандидатскую по градостроительству. Только тогда я смог считать себя архитектором, пригодным к такой должности. В этом нет ничего удивительного, и сейчас многим часто приходиться переквалифицироваться. Важно серьезно овладеть знаниями и особенностями новой профессии.

Формально в России действует федеральный закон «Об архитектурной деятельности в РФ». Хотя последние изменения в него вносились в 2011 году, но он во многом не стыкуется с Градостроительным кодексом и с рядом других федеральных законов, прежде всего, о полномочиях региональных и муниципальных властей. Это лишний раз показывает, как и Государственная дума, и правительство России относятся к градостроительству.

Например, статьей 22 этого закона установлены такие требования.

Органы, ведающие вопросами архитектуры и градостроительства, возглавляют главные архитекторы. Кандидатура главного архитектора отбирается в установленном порядке на конкурсной основе и утверждается соответствующим органом исполнительной власти.

В городах и иных поселениях с населением менее пятидесяти тысяч жителей (за исключением городов-курортов и исторических городов) и в иных муниципальных образованиях должность главного архитектора может занимать лицо, имеющее высшее или среднее архитектурное образование.

Обратите внимание, даже в небольших городах главным архитектором может быть только архитектор! Чего же говорить о крае или области.

Вот и сопоставьте указанные в Положении требования к главному архитектору края с тем положением, которое занимают сейчас руководители департамента градостроительства. Ничего похожего!

- Значит, сейчас, пока решили подчинить главного архитектора края губернатору, он будет определять его задачи, обязанности и права?

- Если федеральный министр считает главных архитекторов регионов «агентами влияния по благоустройству территорий», то о каких таких полномочиях можно говорить? Да и суть дела не в подчинении главного архитектора кому-то. Он должен быть самым квалифицированным советчиком для губернатора и властей в тех вопросах, которые относятся к градостроительству в регионе.

- Вы, будучи главным архитектором края, кому подчинялись?

- Формально я подчинялся напрямую первому заместителю председателя крайисполкома. Но вы же знаете, что первым лицом в руководстве краем был первый секретарь крайкома (в мое время — Виктор Павлович Ломакин).

Так вот, редкая неделя обходилась без того, чтобы Виктор Павлович не вызывал меня или я не напрашивался к нему по вопросам градостроительства. А уж с Дмитрием Ивановичем Карабановым — председателем крайисполкома — приходилось встречаться чуть ли не каждый день. Вот это стиль работы руководства! Причем здесь формальное подчинение?

Зато, работая главным архитектором края с 1992-го по 1998 год, с губернатором Наздратенко я впервые встретился лично лишь в 1997 году, и то не по своим служебным делам, к тому же на Сахалине.

- На Сахалине?!

- В Южно-Сахалинске проходило совещание трех губернаторов по использованию природного газа сахалинского шельфа для газификации регионов. В администрации края этой проблемой никто не занимался. Мне же, в бытность заместителем Уполномоченного Госплана СССР по Дальнему Востоку, пришлось непосредственно заниматься этими вопросами, поэтому меня и взяли на это совещание.

Вот вам и такие отношения губернатора края с главным архитектором.

Так что дело не в подчинении, а в стиле работы губернаторов.

- Для улучшения дел в градостроительстве провозглашено активное привлечение населения к вопросам совершенствования городской среды и благоустройства. А вот начальник управления градостроительства и архитектуры мэрии посетовала, что на общественные слушания люди приходят неохотно. Нет ли здесь нестыковки?

- Для того чтобы что-то обсуждать, надо, с одной стороны, иметь информацию о предмете обсуждения, с другой — владеть хотя бы элементарными представлениями о сути дела.

Я уже упоминал, что градостроительство — сложный вид деятельности, но азбучные истины его вполне доступны и понятны большинству грамотных людей. Поэтому очень важно своевременно давать людям информацию о намечаемых конкретных градостроительных решениях. Но не менее важно вести разъяснительную работу с людьми, своеобразный ликбез в области градостроительства, нечто вроде школьного ОБЖ. Но у чиновников принято темнить, они стараются кулуарно решать важные для людей вопросы.

Но меня возмущает другое. Властям принято не считаться с мнением обычных граждан, но почему к обсуждению и профессиональной оценке градостроительных вопросов, не привлекают специалистов и архитектурную общественность? В городе около сотни членов Союза архитекторов России, более полутысячи дипломированных архитекторов и дизайнеров. Даже малая часть их могла бы более профессионально вести общественные обсуждения. Конечно, здесь нужны встречные движения Союза архитекторов, других общественных организаций и властей.

В городе свернута работа Градостроительного совета, она и раньше имела выборочный характер. Мимо него прошли многие и многие объекты и решения, прямо влияющие на городскую среду. Нет больше и главного архитектора города. Анатолий Иванович Мельник стал советником мэра, т.е. не является должностным лицом, ответственным за этот участок работы.

Но это тема для другого обстоятельного разговора.

- Спасибо за беседу. Вы подняли много вопросов, к ним стоит еще не раз вернуться.

Дамир ГАЙНУТДИНОВ.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники