ФОТОГАЛЕРЕЯ
oblojka kniga
ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Ингеборга  Дапкунайте в спектакле Максима Диденко летает, как Любовь Орлова в фильме Григория Александрова.

Маруся Котова из «Утомленных солнцем», Анна Николаевна из «Морфия», Марион Диксон из «Цирка», а также… Князь Мышкин из «Идиота» и Майкл Джексон из «Пьяной фирмы». Роли в театре и в кино Ингеборги Дапкунайте разнообразны и ярки, как и она сама. Может быть, в этом кроется одна из причин, почему актриса так востребована. О самых громких и обсуждаемых премьерах сезона с ее участием — наш разговор с ней.

Вы так улыбаетесь всё время хорошо. Вы всегда так или «жизнь заставила»?

- Думаю, что всегда. Потому что меня еще в детстве родители научили: когда я кого-то встречаю, то должна улыбаться и громко говорить «Здравствуйте!» По-литовски — «Лабас»! И папа был такой же. У нас была дружная семья, и дети росли в любви. Может быть, поэтому.

- А улыбка вам помогает? Например, когда не знаешь, что сказать — просто улыбаешься и все!

- Я не думаю о том, что улыбаюсь. Просто так существую. И, кстати, я улыбаюсь не всегда.

- Когда вы готовились к спектаклю «Цирк», премьера которого недавно состоялась в Театре Наций,считали,что будете играть Любовь Орлову или Марион Диксон? Режиссер Максим Диденко как ставил задачу?

- У нас была так называемая партитура. Максим пришел уже достаточно подготовленный — сделал «раскадровку» спектакля и знал, каким он будет визуально. Постановка достаточно сложная технически. И если бы Максим и наш художник Маша Трегубова не были готовы заранее и не имели схемы, то мы бы не смогли его сделать за такой короткий период времени — за два месяца. И это еще очень много. В Англии репетируют за четыре недели, и в Америке — так же.

- И как можно все запомнить за это время — текст, движения?

- Это и есть профессия.

- Но в это же время и другие проекты — как совместить?

- Нет. Мне тогда было бы очень трудно. У меня был только один небольшой параллельный проект. Он у меня отнял дня четыре.

- Я была шокирована теми трюками, которые вы исполняете под куполом — после спектакля даже звонила пресс-секретарю, уточняла — сами ли вы их делаете или дублерша? Вы, конечно, проявляли себя с этой стороны в телешоу, но все-таки тут зритель видит всё своими глазами в реальности, а не на экране.

- У меня были потрясающие преподаватели — мастера своего дела. Я с ними работала: ездила в Измайлово, в Центр циркового искусства, где артисты цирка готовят номера. И мы тренировались. Меня вначале просто подняли на лонже, потом — повыше, затем — совсем высоко. И учили как балансировать… Все постепенно.

- Вы в прекрасной физической форме. Я так понимаю, что вы перед спектаклями проходите специальные тренинги?

- Разогрев. Нельзя выходить на сцену в спектакле, который требует большой физической подготовки, без разогрева — потянете мышцы. 40 минут разминаемся с педагогом. Я всегда занималась спортом, мне это нравится.

- Вы брали для «Цирка» специальные уроки вокала? Вы же окончили консерваторию?

- Это не имеет отношения к моему пению. Потому что в Литве актерский факультет находится в консерватории — теперь это называется музыкальная академия. И наш был на кафедре хорового и театрального искусства.

- То есть, вас там петь не учили?

- Конечно, учили. И имело значение то, что мы занимались вместе с музыкантами. В итоге это оказало на нас влияние. Но в спектакле у нас прекрасный музыкальный руководитель Армен Погосян и педагог по вокалу Арина Зверева.

- Как быть кинодивой? Как Любовь Орлова на вас повлияла?

- Как ни странно, я смотрела больше на американских актрис, потому что по сюжету героиня — американка, которая приезжает в Россию. Я изучала американских див 30-х годов, чтобы соответствовать. Марион Диксон — это, как пишут, переиначенное Марлен Дитрих.

Но фильм «Цирк» для спектакля это лишь вдохновение. Все равно это же видение Максима Диденко, это его рассказ, как художника, который он ведет вместе с художником Марией Трегубовой, Иваном Кушниром — композитором, Костей Федоровым — драматургом, Ильей Старило-вым — видеохудожником. Спектакль — это сложносочиненный организм. Я уже не говорю обо всех актерах, потому что, в конечном итоге, ими заполняется схема. И еще важно сказать о Евгении Миронове, который пришел и как всегда дал нам всем прекрасные советы. Я не устаю повторять, что он -невероятный художественный руководитель.

- Как вы подбираете костюмы? Вот сейчас вы вручили премию Олега Янковского в рамках фестиваля «Черешневый лес» Марии Трегубовой — за оформление спектакля и костюмы. Как с ней работалось?

- Это, наверное, один из немногих случаев в моей жизни, когда в плане костюмов от того, что придумал художник, не хочется ничего ни отнять, ни прибавить. Потому что целостность и задумка ее предложения были так хороши, что сразу стало понятно: работать с ней — это счастье.

- В спектакле «Идиот» в Театре Наций вы играете князя Мышкина, который носит котелок и пиджак. Сами это придумали?

- Работа над «Идиотом» была совершенно другой. Потому что мы его все вместе создавали с чистого листа — как студенты. И Максим Диденко нас выпускал на сцену вначале втроем — Романа Шаляпина, Евгения Ткачука и меня, и мы по полтора часа делали этюды. Так как на репетиции костюмы были без подбора, то я была в каких-то своих черных брюках и ботиночках, и надела вот эти пиджак и котелок. И прижилось.

- А как реагируете, когда вам предлагают такие шокирующие роли? Например, в сериале «Пьяная фирма» вы играете Майкла Джексона…

- (Смеется). Ну как я могла отказаться от роли Майкла Джексона? Я пришла, загримировалась и сыграла.

- Не было страшно, мол, как это я и сыграю Майкла Джексона?

- Нет. Это же хулиганство. Страшно, если не предлагают такие роли.

- В Сочи на кинофестивале «Кинотавр» вы представляли фильм закрытия «Про Любовь-2″, в котором снова играли вместе с Джоном Малковичем. Вы с ним так давно работаете — помню, несколько лет назад, в рамках фестиваля «Черешневый лес» представляли спектакль про Казанову — «Вариации Джакомо». Пели в нем оперные арии, кстати — и вы, и он.

- Мы играли этот спектакль два с половиной года. По всему миру ездили — от Эквадора до Австралии. Малкович — это актер, с которым я больше всех работала, а я — актриса, с которой он больше всех работал. Так получилось. Сами не знаем, как это вышло.

- И чего нам ждать от фильма «Про любовь-2″?

- В нем, как и в первом, несколько новелл. Нашу снял Резо Гигинеишвили. И сквозная тема всего фильма — как сохранить любовь. Мы с Малковичем играем пару, которая давно живет вместе и решает — оставаться им и дальше рядом друг с другом или нет.

- Раз вы уже так давно с Малковичем работаете — вам, наверное, легко сыграть супружескую пару?

- Каждый раз — это другие роли. Малкович в фильме также играет лектора — сквозного персонажа, который объединяет все новеллы. А в нашей еще играла прекрасная грузинская актриса, которая снималась у Анны Меликян — продюсера фильма и моей подруги — в «Звезде».

- Тина Далакишвили! Она же снялась у Резо Гигинеишвили и в «Заложниках», и этот фильм участвовал в этом году в основном конкурсе «Кинотавра». А лично я жду еще один фильм с вашим участием, который должен появиться на телеканале НТВ также осенью — «Мост». Не в первый раз переносят на нашу почву сериал, который уже вышел в нескольких странах. Мы ближе к скандинавской версии. Вы в своей игре ориентировались на актрису, которая играла в ней главную роль?

- Да, будет 10 серий. И не просто ближе, а мы купили скандинавскую версию. Но невозможно ориентироваться на актрису. Нельзя играть актрису в кино — это нонсенс. Можно играть только тот характер, который написан в сценарии, и потом вы с режиссером сочиняете его заново. Что касается «Моста», если датчане и шведы, о которых речь в сериале, не так отличаются между собой по темпераменту, и у них очень много общего, то русский следователь и его эстонская коллега — очень разные. И если возьмете Пореченкова и меня — русский медведь и аутентичная эстонка, то поймете, что динамика отношений другая — и в этом весь интерес.

- А как вам, литовке, было играть эстонку?

- Трудно. Я выучила эстонский язык — а как вы думаете? Я же не буду по-литовски говорить. Я вставала рано утром и учила тексты. Зубрила, как в школе. А потом я эти тексты «наклеивала» на своих партнеров. И по всему павильону они были. Потому что это очень сложный язык.

- Вы же неутомимая, у вас же, наверняка, есть еще новые проекты?

- «Мост 2″. С июля -съемки. Еще я снялась у молодого режиссера Владимира Ракши. Его рабочее название «Жизнь раз».

- В свое время я о вас, как и многие другие, узнала из фильма Михалкова «Утомленные солнцем». Хотя вы еще до этого снимались в «Интердевочке» у Петра Тодоровского и других картинах. Как получилось, что вы стали сниматься у Никиты Сергеевича и почему отказались играть в продолжении картины?

- В первый фильм меня порекомендовал Олег Меньшиков. Михалков искал актрису на роль Маруси. Я тогда снималась параллельно в фильме «Подмосковные вечера» у Тодоровского — тогда еще младшего

- Валерия. Он в то время был начинающий режиссер. А с Олегом мы приятельствовали. Меньшиков не признается в этом, но я уверена, что он посоветовал меня пригласить. Мы встретились с Михалковым два раза. А когда я приехала в третий раз, у меня были очень драгоценные выходные. У Тодоровского я была все время в кадре и устала. Поэтому Михалкову я достаточно нагло заявила, мол, я все время приезжаю, скажите — хотите вы меня снимать или нет? А он так хитро ответил: «Ну еще раз приедешь и все решим». И я приехала еще раз, и он спросил: «Хочешь сниматься?» Я ответила: «Конечно, хочу».

А то, что второй… Ну это уже другой фильм. И как-то мы не совпали по времени.

Сусанна АЛЬПЕРИНА, «Российская газета».

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники