ФОТОГАЛЕРЕЯ
oblojka kniga
ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Председатель Дальневосточного отделения Российской академии наук — о проблемах, перспективах, кадрах и земле.

Дальневосточному отделению РАН,ведущему свою историю от основанного в 1932 году Дальневосточного филиала АН СССР, исполнилось 85 лет. Эта полукруглая дата стала поводом для разговора с председателем ДВО РАН вице-президентом РАН академиком Валентином СЕРГИЕНКО. Беседа получилась не очень праздничной — слишком много проблем стоит перед академией наук в целом и ее Дальневосточным отделением.

«Впервые начался срыв морских экспедиций» (об отношениях ДВО РАН и ФАНО)

- В сентябре президентом РАН избран академик Александр Сергеев, избраны 11 вице-президентов. До сих пор вы были единственным дальневосточником среди них, теперь в число вице-президентов также вошел академик Андрей Адрианов, возглавляющий Национальный научный центр морской биологии ДВО РАН. Как перемены отразились на академии в целом и ее Дальневосточном отделении?

- Думаю, прошло слишком мало времени, чтобы говорить о каких-то реальных изменениях. Пока происходит притирка. Звучат намерения добиться того, чтобы Федеральное агентство научных организаций действительно, как предписано законом № 253-ФЗ «О Российской академии наук…», отвечало лишь за хозяйственные вопросы, но… Пока это только пожелания.

- Отношения между РАН и ФАНО по-прежнему напряженные?

- ФАНО ликвидировало наши территориальные научные центры в Хабаровске, на Камчатке, на Сахалине. Раньше многие вопросы, связанные с содержанием и развитием инфраструктуры научных организаций на той или иной территории, решались централизованно. Наглядный пример — информационное обеспечение. Нами была создана региональная информационно-телекоммуникационная сеть ДВО РАН, которая охватывала все 50 институтов, два государственных заповедника и более 40 станций и стационаров на огромной территории всего Дальнего Востока — от Анадыря до Владивостока и от Сахалина до Благовещенска. Управление сетью было поручено двум институтам — Институту автоматики и проблем управления ДВО РАН (Владивосток) и Вычислительному центру ДВО РАН (Хабаровск). Финансирование этой деятельности осуществлялось централизованно через президиум ДВО РАН. Все было отлажено и прекрасно работало. Сеть позволила не только наладить информационное обслуживание ученых во всех подразделениях отделения, но и развить уникальные научные сервисы: «Современная геодинамика Дальнего Востока» (система сбора и первичной обработки данных прецизионных GPS-наблюдений), «Сейсмическая активность Дальнего Востока», «Океанология морей Дальнего Востока» и т. д. Указанные сервисы позволяют систематизировать огромные массивы экспериментальных данных, сделать их доступными не только для узких специалистов, но и для смежников, для ученых из других регионов страны, а также для иностранных коллег, работающих с нами в рамках совместных проектов. Очень часто нашу сеть приводили в качестве примера эффективного использования ресурсов и успешного развития работ с большими массивами информации. А вот теперь стали возникать проблемы с финансированием работ по содержанию и развитию сети. Это как будто мелочи, но они формируют общие тревожные ожидания того, что нечаянно по недосмотру или недопониманию чиновника будут сведены на нет труды десятков специалистов, разрушена отлаженная система, к которой уже привыкли и которая доказала свою эффективность…

У нас впервые за последние 15-20 лет начался срыв морских экспедиций. Мы каждый год проводили экспедиции в Арктику, благодаря которым ДВО РАН, Российская академия наук и Россия в целом стали признанным центром исследований в восточном секторе Арктики. Мы организовали мощнейшее международное сотрудничество: среди наших партнеров 12 университетов США, четыре университета Швеции. Франция, Италия, Германия — все они являются активными участниками научных проектов, где лидерство дальневосточных ученых было общепризнанным. Многочисленные публикации в самых престижных мировых научных изданиях закрепляют наши успехи и наш приоритет. Но наш флот, как мы ни сопротивлялись, ФАНО передало в управление Института океанологии имени П.П. Ширшова. Ранее достигнутые договоренности не выполняются, графики и объемы экспедиционных работ срываются. Как следствие проведенные из благих намерений организационные изменения в работе научного флота ДВО РАН парализовали (надеюсь, временно) проведение морских экспедиционных работ наших институтов. Без согласования с ДВО РАН к руководству флотом пришли люди, далекие от науки и не обладающие элементарными навыками организации и проведения морских работ академическими учеными. Не менее сложная обстановка и в других подразделениях, ответственных за техническое и социальное обеспечение деятельности научных организаций: автобаза, котельная с тепловыми сетями, медицинское объединение, образовательные учреждения. Наверное, нужно время, чтобы всем перестроиться, наладить новые схемы взаимодействия. Но пока все очень сложно.

- А как обстоит дело с Центром подводной робототехники Института проблем морских технологий в районе Чайки?

- Центр введен в строй, передан институту, все оборудование смонтировано. Но ФАНО не сделало ничего, чтобы он мог начать эффективную работу. Причина — нет необходимых средств в бюджете для освоения сложнейшего технологического оборудования, для набора и обучения производственного персонала.

Тревожит то, что институт стали покидать квалифицированные кадры. Но, с другой стороны, не могут не радовать прекрасные результаты практического применения созданных в институте комплексов «Галтель» и «Клавесин» в Сирии, о чем недавно рассказал канал «Звезда». Уверен, что ученые института порадуют новыми результатами в области подводной робототехники. Эта уверенность подкреплена очередными победами на чемпионате мира по робототехнике команды ДВФУ — будущей научной смены, которая воспитывается в том числе под руководством ученых и специалистов ИПМТ ДВО РАН.

«Мы теряем качество» (о переменах в директорском корпусе)

- Валентин Иванович, в ряде институтов ДВО РАН прошла смена руководства. Предстоят выборы в Институте химии, в Институте истории, археологии и этнографии… Как обстоят дела с кадровым резервом?

- Везде по-разному. У меня (академик Сергиенко возглавляет Институт химии.Ред.) как будто нет особых проблем — в кандидатах на пост директора два недавно избранных член-корреспондента и один доктор наук. У Ларина (директор ИИАЭ член-корреспондент Виктор Ларин. — Ред.) — член-корреспондент Николай Крадин и еще двое или трое молодых кандидатов наук.

Сложная ситуация складывалась в Тихоокеанском институте биоорганической химии. Это очень авторитетный институт, один из лучших в стране по профилю «биоорганическая химия и биотехнология». Работы института широко известны в мире. Институт основал и долгое время возглавлял академик Георгий Еляков, затем — его ученик академик Валентин Стоник. В этом замечательном институте до конца года должен быть избран новый директор. И мы столкнулись с тем, что претендента на пост директора, имеющего степень доктора наук и подходящего по возрасту, нет. Ученый совет института выдвинул, а президиум ДВО РАН поддержал кандидатуры сразу четверых кандидатов наук. Правда, за прошедшее с выдвижения время двое из них уже защитили докторские диссертации, но еще не прошли утверждение ВАКом.

К сожалению, одним из негативных результатов последних 20 лет для ДВО РАН, как и для российской науки в целом, стала потеря перспективных молодых кадров. Кто-то уехал за рубеж, кто-то перешел в коммерческие структуры. Как следствие, имеем слабый кадровый

резерв на позиции руководителей институтов. В институтах достаточно много талантливой молодежи, но она еще не имеет необходимого опыта для занятия руководящих постов. В сложившейся ситуации виновато, конечно, и старшее поколение, в том числе директора, которые сегодня освобождают свои посты, — не уделяли должного внимания подготовке кадрового резерва, не торопили перспективную молодежь в вопросах защиты диссертаций, тормозили продвижение по служебной лестнице. А сегодня мы теряем качество. К руководству институтами приходят люди, которые, по старым меркам, могут быть хорошими заведующими лабораториями, но не директорами. Они не приобрели достаточного опыта организационной работы, слабо представляют специфику финансово-хозяйственной деятельности научного учреждения.

- Продолжит ли академик Адрианов руководить Национальным научным центром морской биологии?

- У Адрианова как вице-президента РАН — огромная ответственность: вся региональная политика академии наук. Не думаю, что он сможет совмещать оба поста. Но надеюсь, что научное руководство останется за ним.

«Отделение — живое, оно развивается» (о землях Академгородка и перспективах ДВО РАН)

- Застройщики не первый год атакуют территорию владивостокского Академгородка. Какие здесь новости?

- Суды продолжаются… Уже несколько лет держим круговую оборону. Успехи — переменные. Отчасти сложности обусловлены нашей разобщенностью. Академия наук сама по себе, институты, находящиеся в ведении ФАНО, — сами по себе. А чиновничий беспредел продолжается. Ниже Дальневосточного геологического института земля, оказывается, была оформлена городскими чиновниками, имена которых неизвестны, под дачные участки. Некие граждане якобы построили там дома, эксплуатировали их несколько лет, а потом кто-то купил на законном основании эти дачные домики и теперь собирается построить многоэтажный дом. Мы пытаемся доказать, что никаких дач на этом месте никогда не существовало, что налицо подлог и коррупционная схема захвата федеральных земель. Пишем жалобу в прокуратуру, получаем ответ: документы проанализировали, нарушений не нашли. Мы снова обжалуем бездействие органов власти, проводим экспертизу, привлекаем многолетние данные спутникового мониторинга территории Академгородка, усилиями трех докторов и одного кандидата наук доказываем, что нарушения земного покрова нет и что никаких строений на этом месте, «зарегистрированных» в БТИ, никогда не было. Мнение тысячи сотрудников, ежедневно следующих мимо от железнодорожной станции в свои лаборатории, неубедительно, а липовая бумажка о липовой сделке — это документ.

Рядом засыпали грунтом лес — какой-то умник получил официальное разрешение на обустройство автостоянки на территории, закрепленной советской властью за академией наук. Кто-то непонятно на каком основании получил участок земли под аптечный киоск и воздвиг трехэтажный дом. Отрезали кусок леса на повороте в Академгородок. Строительная компания получила разрешение на возведение многоэтажного жилого дома в санитарной зоне института, работающего с опасными веществами и патогенами… И все законно! У нас остались последние 15 гектаров (лесополоса между остановками «Фабрика «Заря» и «Академгородок». — РедД. Мы приняли решение ставить их на кадастровый учет и брать на баланс, хотя это может нас «раздеть». Если удастся оформить эту территорию как ОД11 (деловая зона для развития науки), налог вырастет на 500-600 тысяч рублей. Если останется зона Ж1, налог составит 15 млн рублей, а бюджет всего Дальневосточного отделения — 50 млн.

Проще всего было бы огородить институты и сказать: забирайте все остальное. Но Дальневосточное отделение -живое, оно развивается. Наверняка возникнет необходимость в организации новых структур в составе ДВО РАН. В Приморье пришла нефтяная труба, придет большая газовая труба, строится нефтехимический комплекс. Мы ощущаем острую необходимость в организации института, который будет специализироваться на фундаментальных и прикладных исследованиях в области нефте- и газохимии, производства полимерных и композиционных материалов.

Аналогичным образом сегодня в ДВО РАН нет института, который был бы вовлечен в исследования геологии шельфа дальневосточных морей, а этого требует развитие сырьевой базы региона. Нет института, который бы специализировался в области международных отношений в зоне АТР. Есть еще много других направлений научных исследований, которые востребованы, актуальны, но не представлены в существующем научном комплексе Дальневосточного региона. Мы боремся за сохранение свободных земельных участков в Академгородке, исходя исключительно из сознания необходимости сохранения перспектив развития ДВО РАН, сохранения места для строительства новых и развития существующих объектов научной инфраструктуры. Жаль, что нас не всегда слышат.

Сейчас много говорят о реорганизации, но я убежден: помимо уменьшения и сокращения, нужно думать о расширении и росте, смотреть вперед и закладывать новые ячейки, иначе мы лишимся будущего. Если мы хотим развивать Дальний Восток, нужно закреплять здесь людей, создавать им условия не хуже, чем в Москве. Да можно вообще закрыть все наши институты и переехать внутрь Садового кольца. Но кто тогда будет развивать территорию?

Василий АВЧЕНКО, «Новая газета во Владивостоке».

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники