ФОТОГАЛЕРЕЯ
kniga oblojka
ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

На прошлой неделе не стало Станислава Говорухина. Мы общались с ним, когда он уже болел. О недуге знали только близкие люди, но слухи о том, что режиссер занемог, медленно начинали просачиваться.

«Как ваше здоровье?» — поинтересовалась первым делом. «Все хорошо. Вы о моем самочувствии хотите поговорить или у вас есть вопросы поинтереснее?» -как отрезал председатель комитета Государственной думы по культуре.

Даже предположить было нельзя, что это интервью выйдет уже после его смерти…

Премиями я не избалован

- Станислав Сергеевич, что вы думаете о современном киноискусстве?

- Что чем больше в нем от искусства, тем меньше у него шансов завоевать любовь зрителей. Потому что аудитория, которая наполняет залы кинотеатров, сегодня очень изменилась. Это молодежь, подростки. Молодежь, как правило, нечитающая, то есть не имеющая литературного вкуса. И сами режиссеры такие же в общем-то. Сейчас уже полно режиссеров, которые прочли две с половиной книжки. Но если нет литературного вкуса, он и сам не может ничего создать. А в основе кино лежит драматургия.

Ну и конечно, воспитание должно быть другое. В школе необходимо больше выделять времени гуманитарным наукам. Гуманитарно необразованное получается поколение. А значит, это отставание всюду. И в искусстве, и в науке. Посмотрите, все великие ученые были гуманитариями в душе: Эйнштейн играл на скрипке, Менделеев занимался тем, что придумывал рецепт водки…

- Да, водка — это очень гуманитарно.

- (Смеется.) У всех были увлечения какие-то. У одного история, у другого путешествия, у третьего литература.

- Я читала, что после выхода фильма «Уикенд» вам не понравилась реакция зрителей и вы зареклись снимать кино…

- Нет, это какая-то дура или дурак написал.

- Но в принципе вы человек чувствительный к критике ваших произведений?

- Ну, жизнь меня так воспитала, что я не избалован был всякими премиями, фестивалями…

- Вы ж снимали гениальное кино.

- Ну, гениальное не гениальное, я снимаю долгоиграющее кино. Наш дипломный фильм «Вертикаль» по сей день многие смотрят и любят… Но когда мои ленты выходили на экран, я всегда натыкался на шквал критики или на полное невнимание.

Вот самый мой замечательный эпизод, который научил меня последующему отношению к критике, был такой. В 1979 году показали «Место встречи изменить нельзя», страна вымирала абсолютно, когда он шел по телевизору. И меня в этом же году послали с «Местом встречи» на фестиваль телевизионных фильмов, где участвовали 23 многосерийные ленты. В общем, там были премии, призы какие-то, дипломы. И единственный фильм, который не получил вообще ничего, был мой. Узнав об этом, я совершенно искренне расхохотался, и мне стало намного легче жить и не обращать внимания на критику.

- Просто удивительно. Как? Вас не любили? Или из-за Владимира Высоцкого, который сыграл там главную роль?

- Не доходило просто. На похоронах Высоцкого Юрий Любимов сказал: «Как много он бы мог сделать, но в это время снимался в каком-то милицейском фильме…» И потом, я же много снимал жанрового кино, а оно, как и комедия, считалось низким сортом. У нас были же гении типа Леонида Гайдая, ну спросите, почему он не получил ни одной премии, никогда и ни на какие фестивали не ездил…

- О, слышу нотки зависти?

- Да какая зависть? Зато я снимаю на долгие годы! На хрена мне рецензия в 1967 году по сравнению с тем, что сегодня, спустя 50 лет, всё еще показывают мой дипломный фильм?

«Мало ли попов-дураков»

- Вы недавно как-то так позитивно высказались о цензуре в нашей стране: мол, у нас ее нет, хотя она нужна.

- Я депутат же. И должен отстаивать интересы избирателей. А опросы общественного мнения показывают, что 85% людей — за цензуру. Отец опасается пойти в храм искусств — театр — с 16-летней дочерью, боясь нарваться на голую задницу или на монолог, состоящий только из мата.

- Может, достаточно просто ввести возрастной ценз?

- Но отцу и со взрослой дочерью невозможно слушать мат или видеть, как актеры опорожняют мочевой пузырь… Я один раз был свидетелем такой истории, когда губернатор Краснодарского края Александр Ткачев с женой и дочерью пришли на премьеру «Кинотавра» и там был фильм, где жутко матерились. А после показа я увидел их троих, они сидели какие-то смущенные. «Наверное, тебе неприятно было смотреть это?» — поинтересовался я у дочки Ткачева.

«Вы бы лучше спросили, как чувствовала себя ее мама», -ответила супруга Александра Николаевича.

- То есть спектакли запрещают только из-за мата? А за что тогда в Сибири сняли детский спектакль про попа и работника его Балду?

- Я уверен, что ничего подобного не было. Да, мог кто-то возмутиться. Граждане имеют право возмущаться и обязаны возмущаться, если их что-то не устраивает.

- Но граждане, по-моему, в последнее время слишком часто возмущаются.

- Значит, не все благополучно и в театре, и в обществе.

- А вам не кажется, что в последнее время наша православная церковь пытается ввести свою цензуру и влиять на искусство и вообще на жизнь общества?

- Мне кажется другое. Вот у меня был хороший педагог, который мне читал несколько лекций по истории — Александр Исаевич Солженицын. И он мне говорил, что во время Февральской революции (именно она была самой разрушительной в истории нашей страны) офицеров поднимали на штыки, жгли помещичьи усадьбы, попов волокли за бороды. Ну посмотрите, кто были в русской литературе главными отрицательными героями? Поп да урядник. То есть шел подкоп под два столпа, на которых держится государство: церковь и полиция.

И сейчас происходит нечто подобное. Я все время вижу, например, нападки на Патриарха. То у него часы не такие, то еще чего-то. Я православный человек, не очень такой верующий, к сожалению, и тем не менее мне это неприятно. Как гражданину, неприятно, когда идут нападки на церковь. Кстати, «Сказка о попе и работнике его Балде» — не самое гениальное произведение Александра Сергеевича. И в России оно никогда не ставилось. Это только при советской власти осмелились сделать.

- Зато сейчас издаются книги, где попа заменили на купца.

- Видимо, это чья-то инициатива.

- Это инициатива церкви… Точно так же, как во многих регионах России запрещают в детских лагерях устраивать праздники Нептуна. Поскольку Нептун считается языческим богом.

- Ну, дураков-то много на свете.

- Тем не менее идея пошла из местных епархий…

- Я про это ничего не знаю. Думаю, что это дурь. Мало ли и попов-дураков…

«Я говорил: Путин -это черный ящик»

- Давайте перейдем к политике. Для меня в свое время было странно, что вы стали депутатом Госдумы. Вы ведь ранее даже не состояли в КПСС?

- Нет, конечно. Хотя меня в эту партию загоняли. Меня спасла наш парторг. Как-то мы выпили, и она сказала: да не ходи ты, ничего тебе не будет, покричат и отстанут. А потом изменились времена, и показалось, что действительно от каждого гражданина что-то может зависеть.

- Вас часто критикуют за то, что вы на протяжении своей политической карьеры меняли взгляды. Например, будучи демократом, поддерживали главу КПРФ Геннадия Зюганова на президентских выборах.

- Ну а кого я должен был поддерживать? Там было две кандидатуры.

- Зюганов и Ельцин.

- Я из двух зол выбирал меньшее. Только и всего. Вот и все мои левые взгляды.

- Сейчас, поддерживая Путина, вы также выбираете из двух зол меньшее?

- В общем да. Мне кажется, что он из всего имеющегося потенциального набора — лучшее, что может быть. И безусловно, меньшее зло, конечно.

- Вы сами принимали участие в президентских выборах в 2000 году — зачем вам это надо было?

- Ну, эксперимент.

- Но вы же понимали, что вас не изберут?

- Конечно. Я понимал, что меня не изберут, и понимал, кого изберут. Мне было интересно посмотреть, что там делается в этой системе. Что, от меня убыло что-то? Нет. Приобрел я много. Опыт, конечно. Это и необходимо политику — вот такой опыт. Выборы — это вообще интересное дело.

- Правду говорят, что после тех выборов вы сказали, что Путин своей победой обязан рабской психологии народа?

- Во время предвыборной кампании я мог все что угодно говорить. Это вещи допустимые. Мог и такое брякнуть. Хотя я помню, что говорил другое: что Путин — это черный ящик. Поскольку у него такое прошлое, такое воспитание — работа в КГБ… Ну что мы можем знать об этих людях? Они очень закрыты. Вот состоялись выборы, ящик был вскрыт, и выяснилось, что впервые лет за 90 у власти оказался образованный человек, чрезвычайно трудолюбивый. Но это не значит, что я согласен со всеми действиями Путина.

- А в чем не согласны?

- Этого я говорить не буду. Но многое меня удивляет, многого я не понимаю, многое не одобряю. Правда, иногда случается так, что я, скажем, не одобрял, а потом выяснилось, что он прав.

- Я знаю, что ваш отец был репрессирован. В последнее время у нас в обществе появилось большое количество людей, которые кричат о пятой колонне и с восторгом отзываются о репрессиях. Вам не кажется, что мы в итоге можем к чему-то похожему прийти?

- Пока не пришли? Ну а чего ж тогда кликать беду? Пока нет никаких оснований. Мне кажется, наоборот, наш президент слишком мягок.

- Даже так?!

- Конечно. Я в этом глубоко убежден. В этом у меня и основные претензии. Например, я не понимаю историю с Сердюковым.

- Никто, по-моему, не понимает.

- Мне кажется, надо быть жестче. Но это мое личное мнение.

Ради великой цели можно и кризис перетерпеть

- Я понимаю, что вы поддерживаете присоединение Крыма к России, но вам не кажется, что все-таки…

- Я никогда так не говорю. Это не присоединение, а воссоединение. Или возвращение. Вы же, как грамотный человек, не могли

всерьез считать, что Крым украинский? Он же был пьяным Хрущевым передан Украине. Ничего там не изменилось, только вывески повесили.

- Тем не менее для нашей страны это, как вы сказали, возвращение дало очень тяжелые последствия…

- Какие?

- Кризис.

- И что?

- Я про то, что люди в России сейчас живут очень бедно.

- Ну что делать?

- Ради великой цели можно и потерпеть?

- Как видите, пока терпят. Положение тяжелое, ну так и что, ради этого лизать задницу кому-то надо было? И что, мы лучше бы зажили?..

- Как вы думаете, что ждет Россию в ближайшее время?

- Тяжелое время ждет. Завтра хорошо не будет. А послезавтра будет. И обязано быть.

- Вы в это верите?

- Абсолютно.

- Зачем нужен Общероссийский народный фронт (ОНФ)? Со стороны такое ощущение, что это лишняя трата огромного количества денег, потому что непонятно, что он делает.

- Почему? Он экономит, а не тратит деньги. Например, такое направление деятельности фронта, как борьба за честные закупки, сэкономило государству сколько-то рублей… не помню цифру… что оправдывает все содержание функционеров этого движения.

- Да? Но вот по подсчетам РБК, на этот фронт тратятся сотни миллионов рублей.

- Не понимаю, откуда эти деньги. Например, вот я сопредседатель ОНФ, я никогда ничего не получал, никакой зарплаты… Но, повторяю, сэкономили мы гораздо больше. Если говорить, например, о такой деятельности, как сохранение леса, борьба с черными лесорубами, то это миллиарды долларов.

- А без ОНФ не экономили, что ли? Например, та же «Единая Россия» куда смотрела?

- Пока же ничего не делалось без фронта. Я не знаю… До этого-то разворовывали во-всю и сейчас разворовывают. Но масштабы уменьшились весьма. Потому что огромное количество добровольцев встали во всех регионах на защиту леса. Рискуя жизнью иногда.

- Простите, залезу и в ваш кошелек. Я посмотрела ваши доходы — до 15 миллионов с лишним (в 2015 году). Откуда?

Депутатская зарплата у вас все-таки поменьше…

- Я, между прочим, продюсер. Мы сняли штук 20 картин. Вы доходы наших продюсеров, таких как Федя Бондарчук, знаете?

- Я думаю, вы для них нищий…

- Ну, об этом и речь… Кроме того, я еще и режиссер, и сценарист. А что за это платят деньги, знаете?

- Знаю. Ваша супруга тоже работает с вами?

- Нет.

- Тогда откуда у нее в том же 2015-м доход в 4,5 миллиона?

- Я ей даю, откуда еще у нее деньги…

- Вы ей зарплату платите?

- Нет, я ей просто пересылаю на книжку, на ее счет.

- Нет. Согласно документам, она их где-то заработала.

- То есть наш общий годовой доход — 20 миллионов? Чего-то мало. По-моему, я гораздо больше зарабатываю. Что такое 20 миллионов в год? У нас миллион уходит в месяц на жизнь. На содержание дачи, бассейна и квартиры, на гостей, на одежду, на еду. Кроме того, я же не один живу, у меня есть сестры, внуки…

«У нас снимают обезьянье кино»

- Станислав Сергеевич, это правда, что вы решили уйти из кино? Почему?

- Как говорил Феллини, мой зритель умер. На самом деле он, конечно, не умер, но его зритель перестал ходить в кинотеатры. И мой тоже уже давно туда не ходит. Посмотрите вообще, какое состояние сегодняшнего кинематографа. Если перефразировать знаменитую фразу Войновича из «Чонкина», я бы сказал так: дела в кино идут плохо, то есть не то чтобы плохо, можно даже сказать, хорошо, но год от года все хуже и хуже. Примерно так. Вот в России сняли за год 130 с лишним фильмов. Часть из них на экране вообще не была — по причине тоски смертной. Погоду делают только десяток высокобюджетных фильмов. Их реклама настолько бешеная, что практически людей загоняют в кинотеатры. Да, и у нас тоже есть замечательные картины. Например, «Коллектор» Красовского или «Ученик» Серебренникова. Но это скорее исключение. В основном у нас снимают обезьянье кино.

- Потрясающее определение!

- Обезьянье кино, скроенное по голливудским лекалам. А зачем молодому зрителю эта нелепая подделка? Вот такой авторитет у отечественного кино, когда людей можно загнать на него только рекламой огромной, и таков авторитет у американского кино, которое может идти вообще без рекламы.

- Потому что народ в основном ходит смотреть в кинотеатры, извините за выражение, зрелищное дерьмо.

- Совершенно верно. Или низкопробные комедии с юмором уже ниже возможного. Вот мы сегодня любим говорить: все решает зритель. Окончательное слово за ним. За каким зрителем? В кинотеатре в основном молодежь. Она у нас не очень образованная. Если сегодня студент-медик пишет слово «пациэнт» или «поциент», то чего можно требовать от публики, которая сидит в кинотеатрах? Она ничего не должна решать. Сейчас появилась такая опаснейшая тенденция: чем фильм лучше, тем меньше на него идет зрителей. Чем он хуже, тем больше у него шансов стать популярным.

«Ох, вот была девка!..»

- Вы — человек, который нам открыл Светлану Ходченкову. Одно время вам даже приписывали некие романтические отношения. Вы как на эти слухи реагируете?

- Ну, я обычный мужик, конечно, она мне нравилась, и, между прочим, раньше даже больше, чем сейчас. Так я бы и не стал снимать артистку, которая мне не нравится. Света была просто уникальная. 19 лет, такая стать! Ну, мы и сегодня с ней работаем. То в одной, то в другой картине. Мне по сей день пересказывают объяснения в любви к ней зрителей. Ох, вот была девка!..

- Сейчас, после того, как она так сильно похудела…

- Да я-то — бог с ним… Те зрители, которые рассказывают ощущения от нее в фильме «Благословите женщину», они, наверное, разочарованы.

- Какие вас все-таки отношения связывали?

- Никакие, абсолютно. Рабочие.

- Не было даже дружеских?

- Нет. Мы, кстати, собирались сделать ей псевдоним, но чего-то я не довел дело до конца, потом пожалел.

- Почему?

- Ну… Ход-чен-ко-ва. Сложно. Она придумала так — Светлана Есенина. Я поначалу не принял эту идею. А теперь думаю: а классно, давно привыкли бы — Светлана Есенина. Но, видите, она поступила по-другому — свою трудновыговариваемую фамилию заставила всех зрителей выучить. Так что она умница.

- Ходченкова одно время пыталась покорить Голливуд и даже снималась в одном из фильмов про Росомаху. Как вы считаете, почему там у нее особо карьера не задалась?

- Ну, потому что, во-первых, не англоязычная, во-вторых, они, как говорил Задорнов, тупые. Она хорошая артистка, могла бы сниматься где угодно… И вообще, это покорение Голливуда — никому оно и не надо. Ну, снялась бы Света один или два раза в хорошем фильме. А на родине ее бы никто и не знал. Тут ее все знают.

- А почему же тогда наши актеры постоянно пытаются закрепиться в Голливуде?

- Вот это все та же обезьянья порода лезет из человека. Вот хочется, как у них… Поскольку мы кино пытаемся снимать, как у них, так и сниматься хочется у них. Не потому, что там деньги большие, там, наверное, не больше платят, чем здесь, звездам.

«Я сделал одолжение и до сих пор жалею»

- Вы на удивление человек талантливый во многом. И режиссер, и сценарист, и актер. Почему вас в последнее время не видно в кино как актера? В последний раз вы засветились, кажется, в фильме «Любовь-морковь 3″ еще в 2011 году.

- Это продюсер Ренат Давлетьяров меня уговорил. Но что это за роль? Я сделал одолжение своему товарищу и до сих пор жалею.

- Вам не нравится эта роль или не нравится фильм?

- Мне не нравится ни то, ни другое. И вообще, зачем мне было там светить мордой своей? Ну а все остальное было подобное этому, что мне предлагалось. Я много лет уже отказываюсь.

- Если сейчас пригласят сниматься в каком-нибудь фильме, который вы посчитаете достойным, согласитесь?

- Нет. Уже неохота просто. Надевать костюм, грим… Да ну. Сидеть и ждать, когда тебя позовут, — это же мучения с ожиданием, пока ты войдешь в кадр.

- Вы еще и рисуете.

- Есть маленько, да. Опять-таки в последнее время уже нет.

- Почему?

- Неохота.

- Но у вас же выставки были.

- Это несколько лет назад.

- Вы почетный член Российской академии художеств.

- Ну и что?

- Для вас это хобби, которое сейчас наскучило?

- Наскучило, да. Да и как-то дар пропал. Даже рисунок не стал получаться. Ну потому что нет тренированности, школы нет. А для этого нужна школа, я даже уроков рисования ни у кого не брал.

- Вы еще и большой любитель шахмат, как я знаю. Что для вас шахматы?

- Отвлечение, развлечение, увлечение. Скажем, вот у тебя неприятности случились на работе и ты никак не можешь выгнать мысли об этом из головы. Значит, садись за шахматную доску. Абсолютно вылетает все остальное. Ты совершенно погружаешься в эту игру.

- Сергей Соловьев про вас сказал: «Такой вот характер, самый скверный характер, который я только встречал в своей жизни». Это действительно так?

- Ну, отчасти да. У нас старый спор. Он на мой характер давно жалуется.

- А вы на его?

- Нет. Он, кстати, человек очень симпатичный. А я действительно иногда невыносим бываю.

«Незаслуженно пользуюсь славой сына»

- Как же вас жена терпит уже 50 лет?

- Ну терпит же. Значит, какие-то достоинства другие существуют. Но характер у меня плохой — это правда.

- Но при этом тот же Соловьев говорит, что вы очень добрый человек. Как все это сочетается?

- Ну а чего — это несочетаемые вещи, что ли? Скверный характер и добрый человек? Все логично и совместимо.

- Не могу не затронуть тему вашего сына. К сожалению, его нет уже… Мне кажется, что поговорка «На детях природа отдыхает» не про него была?

- Да, он очень способный.

- При этом меня очень всегда удивляло то, что он, отпрыск далеко не последнего в нашей стране человека, одно время работал где-то на Севере обычным сварщиком.

- Я скажу больше. Авторитет моего сына такой высокий, что я иногда незаслуженно пользуюсь его славой. Ко мне очень часто люди подходят и говорят: «Особенно я вас уважаю за Сергея».

- И потом он много лет был военным корреспондентом, на войне потерял ногу… Все привыкли, что дети известных, высокопоставленных людей — это так называемые дети-мажоры. Как вы смогли воспитать своего сына другим?

- Ну, воспитала его скорее моя первая жена. Я мог только собственным примером наставлять. Но сильно влиять, давить на него было невозможно даже в глубоком детстве — характер у него хуже, чем у меня.

- Вы с внуками общаетесь?

- Конечно!

- А с внучкой — внебрачным ребенком Сергея?

- Редко.

- Нет времени?

- Вы ж говорили о характере… Вот у меня такой характер. У меня нет особого желания.

- Вы возглавляете благотворительный фонд социальной защиты ветеранов кинематографа…

- Я даже этого не знаю.

- Да вы что? Так написано в интернете: благотворительный фонд «Киноцентр».

- Я не знаю об этом. Может, и состою.

- Большое количество наших старых актеров сейчас, к сожалению, живут очень бедно.

- Ну, я думаю, что Никита Михалков все-таки достаточно много делает для них в Союзе кинематографистов. Кстати, я не член этого союза.

- Почему?

- Я был членом, но 9 октября 1993 года через газету «Известия» я объявил о своем выходе. Это случилось после расстрела Белого дома, после этих шабашей в Доме кино. Я сказал, что я в этом деле участвовать не буду.

- Михалков не зовет обратно?

- Нет. Да и какая разница — зовет, не зовет? Раз уж объявил…

Марина ЗОТОВА, «Собеселник» / «Зажигай!»

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники