ФОТОГАЛЕРЕЯ
oblojka kniga
ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

Здесь живут гордые и сильные люди. Надо помочь им сделать свою жизнь максимально комфортной

С юности люблю Дальний Восток, сочувствую тем, кто никогда не испытывал этого захватывающего чувства необъятной шири. Мне всегда казалось, что чем дальше от Москвы, тем полнее раскрывается душа человека, и что живут здесь особые люди, доброжелательные и гордые.

* * *

«Собирание народа» — так называется проект, который реализует «Форум переселенческих организаций» по президентскому гранту. Наш партнер — то самое уважаемое Агентство. Наш «Форум…» вот уже 23-й год своей деятельности стараемся доказать (конкретными делами), что соотечественники — переселенцы так же нужны России, как Россия нужна соотечественникам… В нашем проекте — три задачи (способа) «собирания народа»:

1) проведение иммиграционной амнистии для «нелегалов поневоле» — давно переселившихся в Россию, но живущих без правового статуса из-за отсутствия какой-нибудь справки или из-за ошибки какого-то чиновника;

2) придание госпрограмме «Соотечественники», похожей сегодня на обычный оргнабор, репатриационного характера;

3) разработка упрощенного миграционного режима для Дальнего Востока.

«Пилотным» регионом мы выбрали Приамурье, но сначала по приглашению Агентства прилетели в Приморье — во Владивостоке проходила Международная конференция по миграционной политике. Главной темой был, конечно, отток населения. В своем выступлении я сказала о двух поразивших меня фактах. Подумать только: жители этого богатейшего края не имеют… газа, отапливаются дровами, углем и весьма дорогим здесь электричеством. И это в XXI веке, в России, которая экспортирует свой газ по всему миру. А «свои» так притерпелись к этой обделенности, что даже не упомянули о ней при опросах ВЦИОМ.

Еще одним «выталкивающим фактором» я назвала убийственные цены на авиабилеты. Так, например, в летний сезон перелет из Южно-Сахалинска в Крым и обратно стоит от 61 тыс. до 220 тыс. Льготные билеты доступны только студентам и пенсионерам. И то один раз в году. Авиакомпании с нормальными ценами вытеснены или обанкротились. Все тот же вездесущий монополизм правит бал. А простые люди чувствуют себя лишними на этом чужом балу. Оторваны от «материковой» России. В Китай или Таиланд летают задешево, а дети вырастают и взрослые стареют, так и не побывав в Москве.

Из Владивостока мы прилетели в Благовещенск. Здесь, в Амурской области, живет удивительный человек, одержимый идеей привлечь в свой любимый край побольше жителей. Еще в 2016 году нам довелось помогать ему, мэру города Свободного Роберту Каминскому, в его отчаянной борьбе за право молодой семьи староверов жить на Родине. Они прилетели из Уругвая к родственникам, для которых по инициативе Каминского был построен поселок неподалеку от Свободного (исключительно на спонсорские пожертвования!). Привезли четверых детей (пятый — в материнском животе). Радовался мэр: сразу такой скачок демографии в его поселке! Кстати сказать, у самого Роберта Валентиновича, хоть он и не старовер, девять детей. Но вдруг выяснилось, что у семьи «неправильная» виза, их собирались отправить обратно, на ту сторону земного шара. Семь месяцев длилась эта издевательская история (она описана на страницах «РГ» в статье «Фантасмагория по закону»). Теперь Каминский уже не мэр. Сотрудники Агентства придумали для него должность — омбудсмен по правам переселенцев Амурской области. Тревог и забот с общиной староверов у него по-прежнему по горло. А вот административного ресурса не хватает, например даже на то, чтобы вызволить из психушки молодого старовера, которого хотели забрать в армию, а он, оказалось… неграмотный. Владеет испанским и, конечно, говорит на чисто русском языке, а вот писать не умеет — в школе не учился, как и многие староверы в Уругвае. Чтобы признать парня негодным к строевой службе, положили его на месяц в сумасшедший дом. И это тоже, знаете, по закону.

* * *

В Благовещенске нас встретили приветливо. Даже врио губернатора Василий Орлов, только неделю назад приступивший к делам (его предшественник Александр Козлов, назначенный министром по развитию Дальнего Востока, переехал в Москву), нашел время для беседы. На совещании, где обсуждались наши предложения о гуманизации миграционного законодательства, присутствовали руководители, кажется, всех департаментов областного правительства.

Мы думали, что привезли подарок «пилотному» региону, но разговор сразу пошел не о миграции, а о том, как удержать дома местных. С 2000 года население области уменьшилось на 137,3 тысячи. А ведь в Приамурье с 2007-го действует знаменитая госпрограмма «Соотечественники», по которой переселяющиеся на Дальний Восток получают повышенные выплаты: участник программы — 240 тысяч и каждый член семьи — по 120 тысяч. Это в 12 раз больше, чем в центральной России. Увы, ехать на Дальний соотечественники не спешат. Из числа всех переехавших в Россию по госпрограмме только 4,5% выбрали какой-то из девяти регионов Дальневосточного федерального округа. А ведь госпрограмма — единственная «щелочка», проникнув в которую, можно получить гражданство в упрощенном порядке — за год. А в общем порядке — 7 лет!

В Приамурье с 2007 года переселились 4478. Из них 198 уже уехали. Причина, по мнению чиновников, — «завышенные ожидания». Докладчики говорили, что теперь, когда через Приамурье пройдет мощная газовая труба «Сила Сибири», а город Свободный стал, как пишут СМИ, «объектом президентского внимания», к ним поедут тысячи. Говорили о мерах по увеличению рождаемости, сокращению числа абортов, поддержке молодых семей… Будет создано 740 мест в яслях для детей от 2 месяцев до 3 лет… На эти цели заложено 888 миллионов.

* * *

«Но почему место в детсаду стоит аж 4 тысячи? — спросил участвующий в заседании переселенец Андрей Ермолиц-кий. — Вот в Киргизии с нас брали по тысяче за ребенка». В этой семье четверо детей. Андрей работает автослесарем, жена Наталья — преподаватель техникума и тоже хотела бы работать, но куда деть младших детей? «Если за каждого по 4 тысячи платить, мы ж разоримся». Но это была единственная его обида. «В остальном все у нас прекрасно». Приехали год назад по госпрограмме и, представьте, уже живут в своем доме, построенном «в четыре руки» со старшим сыном. Семья три года готовилась к переезду -копили деньги, изучали по интернету, что их ждет на Дальнем… Быстро получить гражданство и подъемные, потом — материнский капитал, купили участок неподалеку от Благовещенска. «Нам здесь здорово везет… Недаром же у города такое название: Благо-вещенск». Дом еще не достроен, мы его видели -снаружи пока неказист, но внутри уютно, в гостиной мягкая мебель («Это отдали наши добрые соседи»). Малыши с азартом набросились на привезенные сладости. Сначала трудно было поверить, но, оказалось, правда: семья из шестерых человек ухитряется тратить на питание по 25 тысяч в месяц. Это зарплата Андрея. Скоро им выдадут еще 100 тысяч — дотацию на третьего ребенка. Это пойдет на стройматериалы — надо утеплить дом к зиме. В Приамурье они впервые увидели снег. «Зимы здесь суровые, но зато 300 солнечных дней в году! Ну, а больше всего греет сам факт, что мы приехали в Россию, на Родину».

Бесплатный гектар они пока не решаются оформлять.

* * *

О злоключениях своего «гектара» мне рассказала еще в Москве Любовь Татарец, благовещенский юрист-правозащитник. Ее отец, долго работавший в совхозе, получил свой пай — аж 11 га и передал их в наследство дочери и внукам. Они решили посадить там картошку. Сельхозтехники у них не было, пришлось нанимать. Не один день вкалывали… А когда недели через три приехали посмотреть на свое поле, не узнали его. Земля была перепахана, и там зеленели какие-то злаки. Как так? Объездили много учреждений. Им с насмешкой отвечали: «Не мы же должны караулить ваши гектары». Весной этого года Татарец вдруг получила извещение Россельхознадзора. Оказалось, что захватчики их земли поленились собрать урожай с одного неудобного участка и он зарос сорняками. Теперь с законных владельцев требовали штраф до 50 тысяч.

На совещании Татарец говорила: «Собирание народа на Дальний Восток нужно начинать с обустройства жизни тех, кто здесь живет. Нельзя заманивать новичков тем, чего не имеют старожилы, иначе конфликты неизбежны. Нужно возрождать село. Мы почему-то забыли, что наше Приамурье было раньше житницей Дальнего Востока.

Предложила начать с малого эксперимента: выбрать, например, какую-то умирающую деревню и на ее территории сконцентрировать, как в фокусе, ряд уже существующих, но плохо работающих в регионе программ. «Мне непонятно, почему, когда сносят ветхое жилье, крестьян переселяют не в построенный в их родном селе дом, а в райцентре, где и коров пасти негде. В наше возрождающееся село можно бы привлекать и переселенцев, но с отбором — только тех, у кого сохранилась крестьянская жилка. А то ведь бывает: человеку лишь бы поскорей получить гражданство через госпрограмму, а наш Дальний ему вовсе не нужен. Обидно.» Еще она предложила привлечь в экспериментальное село «нелегалов поневоле», которые годами мыкаются без прав. «У меня очень много таких русских «иностранцев», а я не могу им помочь. Уверяю вас: эти настрадавшиеся, получив гражданство, взяли бы кредиты и с таким же энтузиазмом сами строили себе жилье, как, помните, было на БАМе».

Да, конечно, помню ту вдохновенную атмосферу на строительстве БАМа, ездила я туда не раз как репортер «Комсомолки», имею даже «Удостоверение почетного пассажира, проехавшего первым поездом до Тынды». Тында — та же Амурская область. Но теперь здесь и атмосфера совсем иная, и люди не похожи на тех романтиков…

* * *

Предложение о возрождении деревни горячо поддержал экс-мэр Свободного Каминский. У него-то уже есть экспериментальная деревня — поселок староверов. Он для того и взял на себя такую ношу, чтобы показать землякам, что у любящих крестьянский труд людей может быть иная жизнь, чем у большинства местных, — без пьянок и драк, без дурманящей конопли и самоубийств. Да, староверов, вернувшихся на исконную Родину, пока мало, но они, как считает Каминский, «люди-дрожжи». Если мы их не отпугнем своими бюрократическими издевательствами, многие потомки тех, кто был изгнан из России сто и даже триста лет назад, захотят вернуться. В мае делегация Агентства объездила ряд стран Латинской Америки, там живет более трех тысяч староверов, и на всех встречах находились добровольцы, готовые переезжать в Россию. Лишь бы не вспугнуть их мечту.

Каминского возмущает, что в таком благодатном краю, как Амурская область, вымирают деревни, забыты традиции приусадебного хозяйства. «Налогами крестьянина замучили, их тяжелый труд становится невыгодным. И что делают люди? Берут свои бесплатные гектары и сдают их в аренду китайцам. А те приходят с хорошей агротехникой, пичкают землю агрессивными химикатами и выращивают красивые с виду, но безвитаминные, какие-то пластмассовые фрукты и овощи. Сами, кстати, их не едят, покупают то, что выращивают наши бабушки. Конечно, объемом своей продукции им легко сбивать цены у этих бабушек. А самое опасное, что хищнически эксплуатируя нашу землю, они делают ее бесплодной. На ней вырастает только полынь, и, когда во время пожара дует сильный ветер, горящую полынь уже не загасить. Поэтому у нас так много пожаров — все горит…»

* * *

На Дальнем Востоке я встретила немало таких людей, завербованных любовью к своему суровому краю. Им порой невыносимо живется, но они не мыслят себе жизни в разлуке с Дальним. Это настоящие герои нашего времени, о таких патриотах стоило бы написать отдельный очерк и, может быть, мне когда-нибудь это удастся.

Лидия ГРАФОВА, председатель исполкома ‘Форума переселенческих организаций,»Российская газета».

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники