ФОТОГАЛЕРЕЯ

oblojka kniga

ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

№ 3519-3520 (072-073) от 18.05.2006 г.

В ПРИМОРЬЕ
Вот такая "любовь"
Демографические сведения за I квартал года сообщил Приморскстат. Родилось 5047 детей (на 5,3% меньше, чем за I квартал 2005), умерло — 8340 человек (на 7,3% меньше).
Естественная убыль населения сохранялась почти на всех территориях края, кроме Лесозаводского и Тернейского районов.
На постоянное жительство в край прибыли 5732 человека, выбыли — 6638 человек. Миграционный отток населения увеличился в сравнении с I кварталом прошлого года на 13,3 процента.

Начинают удэге
Вчера в музее "Дом Суханова" начались дни национально-культурных общественных объединений края, которых у нас более 40.
На этот раз первой открывается выставка коренных малочисленных народов Приморского края "Удэгейские мотивы".

Судьей бывала и Анна Щетинина
Сегодня в 15.00 на водной станции МГУ им. Г. Невельского стартует 50-я трехдневная открытая гребно-парусная регата.

НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ
Визит вместо отписки
Губернатор Камчатки Михаил Машковцев встретился с врачами детской областной больницы, направившими в его адрес открытое письмо, в котором выразили недовольство сложившимся своим и больницы положением.

В РОССИИ
Мент-мигалок станет меньше
Глава МВД Рашид Нургалиев решил ограничить количество "синих" милицейских номеров и спецсигналов на подведомственном его министерству автотранспорте. Милицейская атрибутика останется только у оперативных служб, задействованных в охране общественного порядка. Все остальные должны были в трехдневный срок сдать "синие" и взамен получить обычные "белые" номера.

У народа ломятся карманы?
В августе с.г. Центральный банк выпускает в обращение на всей территории страны новые банкноты достоинством 5 тысяч рублей. В первую очередь они могут быть востребованы в тех регионах, где доходы значительно выше средних по России.

В МИРЕ
Обойдутся?
США присоединились к санкциям, введенным Евросоюзом против Белорус­сии. Буш своей личной директивой запретил въезд на территорию США чле­нам правительства Александра Лукашенко и самому президенту.
Единственное исключение, которое по международным законам будет сделано для Александра Лукашенко и его министров, связано с их вероятным участием в работе Генеральной Ассамблеи ООН. На такие форумы в Нью-Йорк допус­кают и Фиделя Кастро, и других неприми­римых врагов Америки.

Возврат к "делу Кеннеди"
В Вашингтоне на конференции под названием "Скрыло ли правительство США подробности убийства Джона Кеннеди?" были представлены новые данные, указывающие на несоответствие официальной версии убийства 35-го президента США вновь открытым фактам.
Шесть исследователей в своих выступлениях поставили под сомнение официальную версию убийства Кеннеди в Далласе.
Даже через 43 года после этой трагедии, согласно опросам, бо­лее 80 процентов американцев убе­ждены: убийца главы государства Ли Харви Освальд действовал не один, а был участником заговора.
Известный американский изда­тель и публицист Томас Липскомб представил на конференции новые данные, указывающие на несоот­ветствие вещественных доказа­тельств, использованных в своем заключении официальной "Ко­миссией Уоррена".

По сообщениям пресс-служб, информагентств.

Напомню, латинское слово в рубрике — "после написанного". Написанное — это информационная заметка "Неприкосновенность мешает?" в позавчерашнем номере. О первом в понедельник внеочередном заседании Законодательного собрания края, очевидцем которого оказался ваш корреспондент. На нем присутствовали 28 депутатов. Кроме В. Хмеля, Г. Турмова, А. Имадаева, А. Передни, Н. Мыловой, А. Куликова, А. Бехтера, Г. Лазарева, В. Пинского и В. Масловского. Напомню, с соблюдением всех формальностей оно экстренно было созвано Сергеем Сопчуком для согласования постановления губернатора о досрочном прекращении полномочий его представителя в Совете Федерации Игоря Иванова, которое он принял по представлению председателя верхней палаты Федерального Собрания Сергея Миронова. Ни тот ни другой не мотивировали свои решения, чем эмоционально — "держат нас за лохов", "наше согласие будет первым шагом к 37-му году", "неэтично рассматривать в отсутствие Иванова" — и совершенно справедливо, на мой взгляд, возмутились наши избранники.
Опять же, соблюдая все формальности, они могли не согласиться с губернатором своим отрицательным голосованием по существу вопроса, но, по предложению Лео­нида Бельтюкова, предпочли не рассматривать его вовсе, постановив обратиться к Миронову с просьбой дать пояснения его позиции. Голосовали так: "за" — Бельтюков, Ашаева, Виноградов, Смирнов, Хижинский, Сидоренко, Мамошин, Чистяков, Николаева, Марковцев, Роговой, Лысак, Серебряков, Липаев, Гострый; "воздержался" — Степанченко, Сопчук, Новиков, Кузнецов, Текиев, Супрунов, Сайбель, Морочек, Ильина, Бугаев; "против" — Привалов и Постовалов. Без вести из протокола электронного голосования пропал Морозов.

Сергей Сопчук объявил двадцатиминутное заседание закрытым, а ваш корреспондент поспешил в редакцию сообщить об этом в упоминавшейся заметке. Взамен предполагавшегося "На момент сдачи номера в печать результаты тайного голосования не были известны".
Каково же было его удивление, когда вечером ему сообщили домой, что они известны.

…Оказывается, менее чем через час депутатов собрали вновь, вернув их с дороги (не досчитались лишь Владимира Сайбеля, не поддающегося на земле сотовому пеленгу), и перед ними впервые за последние четыре года собственной персоной предстал губернатор с восемью из десяти заместителями. И новое заседание Собрания, уже попирая все регламентные формальности, началось (судя и по протоколу), как то же 49-е внеочередное.

(Мне оно невольно напомнило осень 93-го, когда для разгона краевого Совета группа его депутатов инициировала созыв сессии, но сама отсиживалась в кабинетах администрации Евгения Наздратенко, который по указу Бориса Ельцина, в случае отказа Совета от харакири, должен был своим постановлением распустить его. Что он и сделал, вытащив из кармана готовое постановление. И покинул зал, а за ним гуськом потянулись его заместители Павлов, Дубинин, Лебединец, Бельчук. Кстати, этого не сделали на Камчатке, в Амурской области и ещё в некоторых субъектах России.)

Сергей Михайлович своё постановление о досрочном прекращении полномочий своего сенатора объяснил депутатам давней устной и прошлопятничной письменной просьбой об этом самого Игоря Иванова. И убедил. Убедил тем же, чем не убедил на первом заседании его представитель в Собрании. Решили провести процедуру переголосования по ранее принятому решению об обращении к Миронову. На сей раз за обращение к нему голосовали только Бельтюков, Виноградов, Сидоренко, Мамошин, Николаева, Марковцев, Гострый. Против — Степанченко, Сопчук, Ашаева, Смирнов, Супрунов, Постовалов, Чистяков, Морочек, Лысак, Бугаев; воздержались — Новиков, Хижинский, Кузнецов, Текиев, Привалов, Ильина, Роговой и Серебряков.

Опять нет Морозова ни в "красных", ни в "белых".

А потом было тайное (бумажными бюллетенями, в закрытой кабине) голосование за согласование постановления губернатора о досрочном прекращении полномочий его сенато­ра, количественные результаты которого таковы: "за" — 22, "против" — два, испорченных бюллетеней — два и один чистый лист бумаги.

Если всё так просто — устная просьба и письменное заявление Иванова — то почему так встревожил­ся губернатор? Ну и пусть не согласовывают депутаты, пусть ждут мотивированных объяснений Миронова, кото­рый, судя по материалам центральной прессы, объясня­ет своё представление Сергею Михайловичу не очень хорошей работой Игоря Владимировича.

Если дело серьёзнее, Сергей Михайлович со товарищи, на мой взгляд, поступил не лучшим образом, не подставился ли, если уже не подставил Иванова?

Напомню, что за час до первого заседания Собра­ния состоялось заседание комитета по региональной политике и законности, на котором постановление гу­бернатора представлял его представитель в Собрании.

В проекте решения комитета была рекомендация Собранию согласовать решение губернатора по Иванову, от которой комитет в процессе дискуссии отказался, решив просто вынести вопрос на обсуждение Собрания. Если губернатор интересовался исходом заседания комитета, он должен был допускать подобный исход заседания и самого Собрания. И если уж не самому сразу посетить первое его заседание, то хотя бы делегировать на него вице-губернатора Евгения Овечкина, о чем и просили депутаты. Но ни того, ни другого не случилось, Сергей Михайлович сегодня — не тот демократичный губернатор, который еженедельно при журналистах встречался с депутатами, бывал на заседаниях Собрания, адресовал им своё бюджетное послание, в отличие от Евгения Наздратенко, хотя и устами Александра Костенко, своевременно представлял ему бюджет, вносил его изменения, отчитывался о его исполнении и так далее.

Сегодня на трибуне Собрания всё чаще можно видеть руководителей департаментов администрации края, напоминающих наших летчиков в американском плену во Вьетнаме: их бьют, а они не могут опустить руки, которыми сужают глаза под вьетнамцев,  и молчат как рыба об лед.

Ближайшие события многое прояснят. Понимая неприглядность своего поведения, депутаты довольны тем, что хоть как-то заставили губернатора считаться с ними.

…Практически ничего не могу сказать об Игоре Иванове, которого лишь дважды видел при согласовании его кандидатуры в сенаторы от губернатора. Запомнилось согласование годичной давности. Нынешнее Собрание сразу отличилось и до сих пор отличается от своего предшественника этакой купеческой лихостью — не стыдясь журналистов и участвующих чиновников, а при прежнем свободном доступе в зал заседаний и прочих посетителей (десятков вкладчиков Продовольственного фонда), в микрофон объявляется приглашение в обеденный перерыв "обмыть" день рождения коллеги, новую должность, награду, принятие бюджета и тому подобное. Так вот, в такой момент и запомнился Игорь Владимирович. Человек, не беднее всех депутатов, боится показаться крохобором, но и бесцеремонно зазвать депутатов в "Березку" не может, как-то стыдливо спрашивает на трибуне об их традиции…

Дамир ГАЙНУТДИНОВ.

"Какую сферу жизни ни возьми, везде у нас организованные преступные формирования".

Владимир УСТИНОВ,
генеральный прокурор России (из выступления на координационном совещании, посвященном борьбе с оргпреступностью. Москва, 15 мая). "Известия".

Уважаемая редакция!
С интересом ознакомившись с опубликованными газетой схемой избирательных округов по выборам депу­татов Законодательного собрания края четвертого созыва, обращением актива Михайловского муниципального района и позицией председателя комитета Законода­тельного собрания по региональной политике Николая Мо­розова, решил поделиться и своими соображе­ниями.
Предлагаемую крайизбиркомом схему нарезки округов нельзя считать не только оптимальной, но и правомерной.
Во-первых, при ее разработке нарушены требования Избирательного кодекса края. В частности, при средней численности избирателей на один депутатский мандат в 72 426 человек в двух округах фактическое число избирателей превышает даже допустимое 10%-ное отклонение: в Надеждинском — на 13,0%, в Октябрь­ском — на 16,6%.
Во-вторых, при разработке схемы недостаточно учтено административно-территориальное устройство края и, что самое главное, механизм сложившегося единого взаимодействия всей сети участковых с территориальными (районными, городскими и другими) избирательными комиссиями. По этому поводу свое негативное отношение и выразила общественность Михайловского района.
Однако "неуды" разработчиков схемы объяснимы, поскольку поделить край площадью 166 тыс. кв. км, 2/3 населения которого проживает на 12% территории его юга, на 20 од­номандатных округов при соблюдении нормативных требований без расчленения ряда муниципальных образований на части практически невозможно.
В данной ситуации следует отказаться от догмы нарезки только одноман­датных округов, а подходить к их формированию исхо­дя прежде всего из их территориальной целостности: в состав каждого округа должны входить одно или несколько нераздельных муниципальных образований, образующих единую терри­торию. Сочетание одномандатных округов с многомандатными по­зволит в максимальной степени решить проблему равного представительства всех жителей края в его законодательном органе.
И пусть не смущает избирателей то, что интересы территории, на которой они проживают, представлять в нем будет не привычно единственный, а несколько депутатов. Это не только не помешает депутатам в работе, но бу­дет способствовать активному исполнению ими своих обязанностей, а именно: разраба­тывать и принимать краевые законы и постановления, следить за строжайшим их испол­нением, отстаивать интересы края в отношениях с федеральным центром и интересы представляемых ими территорий округа, прежде всего в межбюджетных отношениях с краевой исполнительной властью, защищать законные права всех и каждого жителей края. Для краевых депутатов чужих избирателей среди них быть не мо­жет!
При таком подходе следует образовать девять смешанных округов, в том числе: четыре одномандатных (Артемовский, Большекаменский, Дальнегорский и Дальнереченский), два двухмандатных (Арсеньевский и Спасский), два трехмандатных (На­ходкинский и Уссурийский) и один шестимандатный (Владивостокский). В этом случае достигается минимальное отклонение фактического числа избирателей на один депутат­ский мандат от средней нормы представительства: его значения находятся в диапазоне от -6,36% в Уссурийском до +2,38% в Большекаменском округе. Все округа, за редким исключением, имеют компактную территорию с в меру развитым транспортным сообще­нием, что важно как для проведения избирательной кампании, так и для работы депута­тов на округах.
Правда, следует отметить, что данный проект формально не удовлетворяет требо­ваниям пункта 7 статьи 13 Избирательного кодекса Приморья, который гласит: "…В слу­чае образования многомандатного избирательного округа число депутатских мандатов, подлежащих распределению в этом округе, не может превышать пяти…". Насколько обосновано это ограничение, мне, рядовому избирателю, судить трудно, но если оно не является нормой федерального законодательства, то краевой парламент вправе упразд­нить или изменить его или, в ином случае, вычленить из состава Владивостокского окру­га Советский район с 78 874 избирателями. Образовать из него самостоятельный одномандатный округ или же объединить в силу территориального взаимопроникновения с Артемом в двухмандатный округ.
Поскольку я, рядовой избиратель, не являюсь субъектом законодательных инициатив, то предлагаемую схему формирования избирательных округов в случае от­правки ее письмом в Законодательное собрание края ждет одна из его урн для макулатуры. Поэтому, откликаясь на призыв председателя комитета Николая Александровича Морозова принять участие в публичном обсуждении схемы округов, обратился к услугам "Утра России", которую депутаты вольно, а чаще по "стуку", невольно почитывают…

С уважением,
Федор ВИТРИНЕНКО.
Приморский край.

СХЕМА
избирательных округов по выборам депутатов Законодательного собрания Приморского края

Наименование округа

Состав округа (численность избирателей, чел.)

Общая численность избирателей округа, чел.

Количество депутатских мандатов

1. Владивостокский       

г. Владивосток           (438 875)

438 875

6

2. Артемовский

г. Артем                       (71 600)

71 600

1

3. Уссурийский

г. Уссурийск               (126 406)

Октябрьский р-н         (22 123)

Надеждинский р-н      (27 950)

203 455

3

Хасанский р-н             (26 976)

4. Большекаменский

ЗАТО г. Б. Камень      (30 874)

Шкотовский р-н         (17 151)

74 147

1

Михайловский р-н      (26 122)

5. Находкинский

г. Находка                   (114 186)

ЗАТО г. Фокино          (24 151)

г. Партизанск              (41 553)

Партизанский р-н       (20 059)

221 366

3

Лазовский р-н             (11 940)

Ольгинский р-н            (9 477)

6. Дальнегорский

г. Дальнегорск            (41 665)

Кавалеровский р-н     (22 249)

74 030

1

Тернейский р-н           (10 116)

7. Дальнереченский

г. Дальнереченск        (22 455)

Дальнереченский р-н   (8 901)

Красноармейский р-н (14 040)

72 330

1

Пожарский р-н           (23 934)

8. Арсеньевский

г. Арсеньев                  (47 615)

(Центральный)

Анучинский р-н          (10 756)

Яковлевский р-н         (13 275)

Чугуевский р-н           (18 698)

148 073

2

Кировский р-н          (19 006)

Лесозаводск и Лесозаводский р-н                               (38 723)

9. Спасский

г. Спасск                      (34 892)

(Приханкайский)

Спасский р-н               (20 731)

Черниговский р-н       (28 042)

Хорольский р-н           (23 546)

144 618

2

Ханкайский р-н           (17 789)

Пограничный р-н        (19 618)

Всего

1 448 494

20

или Как нам обустроить Россию

А весна, пусть с опозданием, наступила. И вот уже тяжелый грузовик неспешно вползает в военный городок, а в его кузове — больше сотни стволов. Всем досталось — и танкистам, и мотострелкам. А также их родным и близким. Весеннюю акцию раздачи стволов придумал и организовал генеральный директор Приморнефтепродукта Владимир Масловский.
Что же касается стволов, то их мы сегодня не берем в кавычки. Потому что хотя и выдавались они людям армейским, к оружию подарок отношения не имеет. Грузовик, мобилизованный акционерным обществом, привез десятки молодых деревьев и кустов. На территории военного городка, что в гарнизоне Камень-Рыболова, состоялся субботник. Или, как говорили в эпоху раннесоветского романтизма, праздник освобожденного труда. Между прочим, впервые за последние 15 лет.

Прямо скажем, давно пора… Внутри бетонного периметра городка, где живет почти 2 тысячи человек — семьи военнослужащих, — как-то не очень комфортно. Невесело. Двор напоминает вытоптанный до основания солдатский плац. Хоть и есть здесь недавно построенная детская площадка, но зелени вокруг почти нет. Одна из причин, наверное, в том, что большинство семей чувствуют себя здесь жильцами  временными, готовыми по приказу командования выдвинуться на новую точку дислокации своих мужей и отцов.

- Вот так и ждем, — вздыхает Татьяна Лысенко, местный районный депутат. — А ведь временность нашего бытия ох как относительна: здесь 15 лет, тут 15 лет… А там, глядишь, уже и жизнь закончилась. Правильно?

Пожалуй, правильно не совсем. Не в том, конечно, смысле, что жизнь — вообще явление временное. Но в том, что жить даже в гарнизонных условиях надо так, словно ты поселился здесь навеки. Впрочем, так в военном городке Камень-Рыболова многие и живут. Некоторые офицеры, выйдя на пенсию, не смогли вернуться на родину. А другие местные жители здесь, в городке, и народились — успели подрасти и впитать в себя азы гражданского самосознания. Только вот что спорно: можно ли в полной мере чувствовать себя самодостаточным с точки зрения гражданина и просто человека в условиях перманентного неуюта окружающего мира…

- Нужно с чего-то начинать, — считает уважаемый всеми соседями депутат Татьяна Петровна. — Хотя бы с того, чтобы сделать свой дом и свой двор чистым, богатым и уютным. Так вышло, что многие наши люди долго находились как бы в спячке… Но мы их все равно разбудим, и все будет хорошо!

А ведь и разбудили! Признаться, организаторы из Приморнефтепродукта и не ожидали, что столько народу выйдет ранним утром выходного дня на озеленение своего городка. И вот уже у машины с саженцами выстроилась очередь. Люди волнуются: а достанется ли всем по деревцу? Водителя грузовика Василия Федоровича воспринимают не просто как шофера, а как распределителя дефицитного товара, которого может не хватить.

- Дяденька, дайте вон тот кустик!

- А мне березку!

- Мне две, пожалуйста, я с женой пришел!

- Мужик, дай-ка сосенку.

- Федорыч, а багульника не осталось?!

Хватило всем. Ассортимент доставленной "зеленой продукции" оказался отменным. Выбор был — тут клен и осина, ракитник и багульник, сосенки и березки. Причем березы двух сортов, на выбор: кому классическую русскую (белую), кому эндемичную таежную (черную). Масловский позаботился о разнообразии закупленных деревьев. Именно закупленных. Мало кто из жильцов, ставших в это утро садоводами, задумывался, что кустик того же ракитника стоит 150-200 рублей. А березка или сосенка — те и вовсе до трех сотен "деревянных" дотягивают. Все это добро приобретено официально, в лесопитомнике.

Старательно готовит "плацдарм" для будущего деревца младший сержант Роман Ращепкин. Боец, призванный в мотострелковый полк из Лучегорска, скоро "передислоцируется" и вряд ли еще когда попадет в этот военный городок. Так зачем тебе это, парень?

- А я и дома любил сажать деревья, — охотно объясняет мотострелок. — Так что все нормально. Даже больше, чем нормально — я уеду, а мое дерево останется! Ну, может быть, и память обо мне?

Останется, конечно. Если за молодой березкой какое-то время ухаживать, лелеять ее, аки младенца. Если не сломают ее, ту березку. С грустью говорят местные женщины, что были раньше прецеденты: то подростки вдруг порезвились среди высаженных кустов, то упало деревце под напором забредшей коровы или заблудшего бронетранспортера. Потому и не сажали в последние годы ничего…

Но надо, надо было сажать! Сажать массово, сажать упорно и навязчиво — даже если из десятка деревьев выживет половина, то оставшиеся, повзрослевшие, сумеют противостоять натиску и стихии, и варварства. Поэтому есть надежда, что сегодняшнее новоселье сотни саженцев превратит со временем территорию городка в рукотворный веселый лесок.

И потому так упорно вгрызается ломом в слежавшийся за десятилетия каменистый грунт майор запаса Владимир Лысенко. Здесь, возле отопительной трассы, уже протянута разметочная веревка, вдоль которой и появится небольшая аллея. Где будут и персональные сосенки-березки "афганца" Владимира Ивановича.

- Вы, майор авиации погранвойск, да так ловко с шанцевым инструментом?

- Каждый мужчина должен уметь не только родить сына и построить дом, — улыбается майор запаса, — но и посадить дерево! Увы, но пока наша страна — одна большая мусорка. Еще не поздно заново научиться сеять цветы, высаживать деревья.  Здесь, надеюсь, станут мои внуки бегать, им будет удобно… Может, мой пример им по душе придется, и они тоже будут обихаживать, беречь свой дом, свой двор. Свою страну!

С точки зрения майора, страна, Россия, начинается как раз в собственном дворе. Как ты относишься к своему "подворью" — таково и твое отношение к родине. Так что обустраивать Россию надо от собственного порога. Вот такая нехитрая логика.

Кстати, о здешних детях… Самым юным из субботних озеленителей двора оказался сын офицера Ярослав Игоревич Черный. Именно так представился мальчик. Ему пять лет. И в руках у него настоящая, хотя и укороченная лопата. Вместе с отцом Ярослав Игоревич сажает багульник.

Уже к обеду майский подарок депутата Масловского был, что называется, оприходован полностью. Утренний, полуказенный пейзаж военного городка танкистов и мотострелков днем оказался украшенным свежими аллейками розовых на солнце березок, тронувшихся в цвет багульника и ракитника, задумчивых представителей хвойных пород. В порыве давно не испытываемого трудового единения офицеры даже вскопали землю под клумбы там, где никто никогда ничего не пробовал вырастить. Ну что ж, в добрый час!

Между прочим, не оставили без внимания этим днем освобожденного труда и монумент ценителю первого субботника. Территорию вокруг памятника, стоящего за периметром военного городка, очистили от многолетних залежей мусора. Забытого было Владимира Ильича как могли помыли и подкрасили. А у подножия постамента молодые танкисты посадили молодые березки.

Владимир ЖУКОВ.

“Утро России” в эти дни 15 лет назад

18-24 мая 1991 года

Абсолютно неправильно, что карточка выдается на пять месяцев сразу. Нетрудно представить, каково придется человеку, у которого карточки украдут. Или он их просто утеряет, а то и забудет на прилавке. Поднатужась, на рынке еще можно купить кое-какие овощи, даже мясо. А где взять крупу, муку, макароны, жиры? Правда, уже и сами карточки появились на рынке — по 50-60 рублей за одну.
(А. Полозов).

До тех пор, пока все руководители, от которых зависит нормальная жизнь Приморья, не будут стоять в общей очереди на покупку продовольствия, получение жилья и т.д., мы будем жить плохо.
(П. Довганюк).

За последний год число самоубийств возросло в два с половиной раза, а попыток к самоубийству — в четыре.
(Н. Егиян).

Исчезновение бензина марки АИ-93 заставило частников использовать маленькие хитрости, искусственно повышающие октановое число. Для этого, оказывается, годится ацетон, нафталин. Вот только отечественная промышленность его уже не выпускает, а "Антимоль", увы, не подходит.
(Ю. Овдин).

На трибуну поднялся начальник УВД крайисполкома А.И. Нежельской, который сразу заявил, что он не гений, и потому не в состоянии… дать обстоятельный ответ на вопрос, куда смотрит милиция и что она делает для того, чтобы унять разгул преступности, куда идут средства, отпускаемые на укрепление ее сил.
(Н. Манжурин).

Неясным остается вопрос о судьбе теплохода с новозеландским маслом на борту, который, подобно "летучему голландцу", вот уже с полгода то приближается к нашим берегам, то куда-то исчезает.
(Н. Манжурин).

Полагаю, что в будущем прохождение претендентами в народные депутаты обследования у нарколога и психиатра должно стать нормальным явлением.
(В. Чижов).

Прошлый год побил рекорд преступности за весь послевоенный период, причем половина преступников гуляет на свободе.
(С. Филоненко).

Сейчас всем трудно с питанием, но многодетным семьям, проживающим за городом, начиная с 12-го километра, особенно. Они прикреплены к магазинам Курортторга, но только один раз за четыре месяца в этом году смогли получить положенные продукты, да еще и по урезанным (майским) нормам.
(Н. Встовская).

Ситуация в гостиничном объединении сложилась не из легких. Сгорел "Челюскин", закрыт "Золотой Рог", в действии фактически две гостиницы — "Владивосток" и "Приморье". Город задыхается — из 3000 мест осталось 1200.
(Л. Глыбина).

Учитывая сложную обстановку по перевозке пассажиров общественным транспортом, Владивостокский горисполком принял решение об открытии коммерческих автобусных маршрутов. Установлены следующие предельные уровни договорных тарифов: для дневных маршрутов в рабочие дни в автобусах общего типа — 50 коп., с откидными сиденьями — 70 коп.
(В. Никифоров).

Численный состав советов всех уровней следует сократить. В Приморском краевом совете, например, достаточно иметь до 55 человек (сейчас 220). Следует отказаться по возможности от сельских, поселковых, а в городах — районных советов.
(В. Чижов).

Владимир Высоцкий побывал во Владивостоке 35 лет назад. Встречался с моряками, пел для жителей приморской столицы. Легендами, слухами, домыслами визит Высоцкого в наш город  летом 1971 года оброс невероятно. Реальные факты известны пока немногим. Дальневосточный исследователь жизни и творчества Высоцкого Андрей Земсков готовит материал на основе бесед с очевидцами и сбора документов.
В нынешнем году эстетический Артцентр при Музыкальном обществе Приморского края выступает инициатором акции "Владимир Высоцкий во Владивостоке". Нужно найти очевидцев, собрать воедино факты, отсеять слухи и в итоге сделать хороший концерт, посвящённый Владимиру Семёновичу. Организатор акции член Союза писателей России, поэт, автор и исполнитель песен Андрей Земсков более 20 лет изучает жизнь и творчество Высоцкого, во все свои авторские концерты обязательно включает песни о нем.
- Высоцкий — фигура знаковая, магически притягивающая к себе, — говорит Андрей. — Каждый его  концерт был сильнейшим энергетическим выплеском, зарядом, которого так не хватало в черно-белые 70-е годы и не хватает в пёстрой современности. Его голос даёт ощущение внутренней свободы — несмотря ни на что. На Дальнем Востоке Высоцкий был в двух городах — в Магадане и во Владивостоке. В обоих случаях это были поездки к товарищам: в Магадан он прилетал к другу юности, поэту Игорю Кохановскому (помните "Мой друг уехал в Магадан…"?), а во Владивосток — к моряку Борису Чурилину. Нашему городу повезло: Владимир Семёнович дал здесь несколько концертов — на морских судах и в Доме культуры моряков (ныне — Пушкинский театр). В 2001 году на той самой сцене состоялся сборный концерт памяти Высоцкого — и зал был почти так же полон, как и 30 лет назад. Открыли мемориальную доску, но, к сожалению, даты концертов на ней указаны неверно. А дальше из газеты в газету пошли неточности, измышления, что привело к полной путанице. Установить истину могут помочь только люди, побывавшие на концертах, принимавшие Высоцкого. С некоторыми из них я беседовал. Уже сейчас имеется уникальный материал. Хотелось бы узнать о судьбе Бориса Чурилина: жив ли он, и если да — как с ним связаться. Теперь мне хочется обратиться ко всем, кто владеет какой-либо информацией.
Если вы были на встречах с Владимиром Высоцким во Владивостоке, если у вас сохранились билеты, фотографии, автографы, магнитофонные записи — прошу вас, дайте знать! Помогите уточнить даты концертов, детали, подробности. Также Артцентр обращается за финансовой поддержкой к организациям и частным лицам. Звоните мне или директору Артцентра Сергею Николаевичу Верешкину по телефону 22-14-80.
29 июня в том самом зале Пушкинского театра, где 35 лет назад выступал Владимир Высоцкий, планируется большой концерт "Открыт закрытый порт Владивосток". Музыкальное общество Приморского края пригласило директора центра-музея В.С. Высоцкого на Таганке — сына поэта Никиту в качестве специального гостя. 
А 25 мая в 19.00 в Артцентре на Светланской, 109 (остановка "Цирк") состоится авторский концерт Андрея Земскова с новой программой. Вход будет свободный, а на выходе каждый может добровольно пожертвовать любую сумму в специальный ящичек. Эти пожертвования пойдут на организацию июньского концерта, посвящённого Высоцкому.

Елена АГАПОВА.

Идет процесс капитализации во всех сферах государственного устройства, в том числе и во властных структурах. Мы становимся свидетелями навязчивой волевой акции монопольного внедрения партии "Единая Россия", осуществляющей свои планы подавления конкурентов на местах субъектов федерации и у нас в Приморском крае. Центром объявлена задача: взять под контроль законодательные органы. Местная элитарная верхушка власти рьяно готовится к этому, одновременно вносит в этот процесс учет своих корпоративных интересов. Все производится келейно. Многие депутаты переходят в лоно правящей партии, надеясь сохранить свой статус и на следующий срок, в октябрьских выборах. Россия катастрофически катится к однопартийному монстру, при этом уже со спецификой хищного капиталистического уклада.
Скажите, где такое было, чтобы депутаты законодательного органа, субъекта Российской Федерации подали апелляционный протест на решение суда в Федеральный суд? Это сделали наши приморские депутаты, когда краевой Приморский суд по протесту краевого прокурора отменил статью 9 Закона № 206-КЗ о так называемой "социальной поддержке льготных категорий граждан", принятую краевым Законодательным собранием 29 декабря 2004 года. Так закон, по существу, отменил льготы, благодаря которым заслуженное старшее поколение граждан края еще кое-как "сводило концы с концами". И это сделали "слуги народа", объединяющиеся под знаменем партии "Единая Россия"! За чьи интересы они борются?
Кто же дурачит нас? С одной стороны — стремятся держать впроголодь, а с другой — рассматривают как благодатный для их интересов электорат. Многочисленные протесты пострадавших игнорируются.
Хочется надеяться, что власти прислушаются к гласу народа, выразителем дум которого здесь и является газета "Утро России".

Владимир ПИСКУН.

В газете за 11 мая прочитала письмо Галины Даниловой из г. Дальнегорска, что ей отказали в субсидии. Я живу в Красноармейском районе (с. Рощино) у меня похожая проблема. Я ветеран труда, глухая, но инвалидность в молодости не оформила. Мне было стыдно чувствовать себя инвалидом. Спасибо людям, что помогали мне в трудные мои годы. Я заработала себе пенсию выше прожиточного минимума — 3500 рублей и ветеранскую книжечку, дающую мне льготы на электроэнергию, газ (без проблем) и отопление, из-за чего и пишу сейчас в газету.
Дом у меня двухквартирный, мои полдома отапливаются дровами. В 2005 г. мне в райсобесе сказали, что будут возмещать стоимость дров по квитанции. Вот я купила дрова на 1600 рублей, поехала в райцентр в райсобес, а там мне отказали, так как я не оформила субсидию. Дали мне перечень справок, что должна им привезти:
1.      Справка о всех проживающих со мной.
2.      Копия на домовладение.
3.      Копия паспорта.
4.      Копия сберкнижки.
5.      Копия справки о доходах.
6.      Копии паспортов всех членов семьи.
Все эти копии стоят денег, да и где их сделать, я не знаю.
Моя дочь прописана здесь, но живет у мужа в г. Артеме, у его родителей. Ее там не прописывают, так как их семья из четырех человек живет на 41 кв. м. Заколдованный круг.
Не понимаю, почему меня лишили ветеранской льготы. Субсидию оформляют ежегодно, значит, такие муки нужно терпеть каждый год. Но ведь она для малоимущих, а я по закону получаю льготу. Я вдова, сейчас живу одна, мне моя глухота очень осложняет общение с чиновниками, а они еще больше глухие душевно. Чем больше проходит времени со дня перестройки, тем труднее становится жить.

Лариса Константиновна МОСКВИЧЕВА.
с. Рощино.
 

Где-то гремели уже победные бои, а изголодавшаяся детская душа мечтала о домашнем празднике. Взрослым (бабушке и тете) было явно не до него. И я, семилетняя, решила устроить праздник сама. Из старых газет нарезала фонарики — игрушки на елку. А за самой елкой нужно было идти в лес, километра за три. Пошла в дырявых валенках, по сугробам, не имея ни малейшего представления о том, как и чем буду рубить деревце.
По счастью, встретила в лесу сердобольную супружескую пару, которая мне выбрала и срубила настоящую пушистую красавицу. Какого труда стоило ее принести домой!
Но дома тетя-учительница, увидев мою елочку, определила ей совсем иное назначение. Она была ответственной за оформление школьного зала, и ей не понравилась та елка, которую привезли в школу. Вот и придумала мою красавицу привязать к вершине школьной. Пусть, мол, послужит для всех.
А мне-то, жаждущей праздника дома, что еще оставалось? Опять по сугробам — в лес. Долгие поиски срубленного кем-то, но не понравившегося дерева, тяжелый обратный путь…
И, наконец, в перевернутой табуретке стоит моя личная, моими фонариками и бумажными цепями украшенная красавица.
За гостями дело не стало. Голодных, оборванных, вшивых, но мечтающих о празднике сверстников — сколько душе угодно. Мы ходили хороводом вокруг моей елки и пели сочиненную местным "поэтом" новую песню:

Город Берлин, город Берлин,
Ты чудесной красоты.
Город Берлин, город Берлин,
Я люблю тебя, а ты?

В слове Берлин ударение делали на букву "е". Тогда это все не казалось нам нескладухой.
В 1945-й военный Новый год несбыточно мечтали мы походить по красивым улицам уже мирного Берлина.
А потом Дед Мороз каждому гостю вручил по подарку — лепешку из гнилой картошки. Картошку отыскивали тетя с бабушкой под снегом на полях. А я копила лепешки к празднику от своих завтраков, чтобы положить их потом в мешок новогоднему деду.
После войны, конечно, были праздники понаряднее, послаще и побогаче. Но на всю жизнь запомнились не они, а то торжество, где все было подготовлено волею и упорством семилетнего ребенка.

Эльвира Николаевна ИВЛЕВА,
ветеран труда.
г. Владивосток.

Есть женщины степенные, важные. Все делают основательно, не спеша. Наталья Ровенская не из таковых.  Стремительная походка, быстрая реакция, умение проникать в суть проблемы без долгих экскурсов. Она энергичная, инициативная, олицетворение завидной моторности.
Все зависит от самого человека, считает Наталья Петровна, от его способностей, от его жизненных сил. Каждый сам хозяин своей судьбы. Она уж точно — хозяйка. 34 года живет в Лучегорске. И, кажется, нет человека, который ее бы здесь не знал. Если бы захотела, могла бы, наверное, и в книгу рекордов попасть. Потому что совмещает три серьезные должности. И везде успевает проявить незаурядный профессионализм.

Прежде всего, она — директор Пожарского районного центра занятости населения. Начинала это дело с нуля. В конце 80-х в администрации Пожарского района появилась вакансия руководителя отдела по труду. На конкурс подали заявки три соискателя. В соперниках у Ровенской были мужчины. Но заявление о себе, программа на перспективу у Натальи Петровны получились убедительнее. Ее кандидатуру предпочел совет народных депутатов, который и проводил процедуру конкурса. 5 июля 1991-го вышло постановление председателя районного совета народных депутатов, и отдел по труду плавно перешел в структуру службы занятости, создаваемой на ту пору в стране. Сначала здесь была лишь одна единица — Ровенская. Затем штат увеличился — дали бухгалтера и специалиста. В 1991 году в Лучегорске и районе было зарегистрировано около 30 безработных. Закон вступил в силу, и начался новый виток деятельности Натальи Петровны.

Благодаря администрации Пожарского муниципального района  теперь у службы занятости района не один кабинет, а девять, столько же специалистов, которые и выполняют мероприятия программы активной политики занятости на территории района. На учете состоит  около полутора тысяч безработных. Программа активной политики занятости реализуется на практике: осваиваются  федеральные деньги и деньги из местного бюджета, привлекаются  работодатели, выполняются контрольные показатели.

Из общего числа официальных безработных около четверти приходится на благополучный, казалось бы, Лучегорск. В ЗАО "ЛуТЭК", градообразующем предприятии поселка Лучегорск, время от времени идет сокращение кадров.

- В 2002 году мы с ними сражались, — вспоминает Наталья Петровна. — В Лучегорске  действует координационный комитет, который возглавляет первый заместитель главы района. Когда на ЛуТЭКе начались сокращения и предприятие представило списки претендентов, я пришла к главе района. Тогда это был Сергей Дмитриевич Гаевой, который очень хорошо знал всю систему ЛуТЭКа. Прежде он работал там заместителем директора по юридическим вопросам. Я предложила провести комитет под его председательством, и он не отказался. Уж очень велик был список. Пришли на заседание три председателя профсоюзных комитетов (разреза, Приморской ГРЭС и управления железнодорожного транспорта), они члены координационного комитета и на сегодняшний день. С первого раза разговора не получилось, так как не все ответственные лица собрались, пришлось вновь созывать координационный комитет. Привлекли внимание к этой проблеме, установили жесткий коридор, выверили все списки, разобрали их пофамильно, кто в каком возрасте, какие вакансии предлагаются, почему сокращают именно этого человека. И оказалось, что из предполагаемых 585 человек на учет по безработице встали лишь 288. Хотя, надо отдать должное ЛуТЭКу, каждому из сокращаемых они предоставляли другое рабочее место. Конечно, не всегда предложение соответствовало амбициям сокращаемых…

Сегодня любой понимает, что работа — это очень многое в жизни. Даже вакансии уборщиц в школе или санитарок в больнице уходят влет. А других вакансий на Лучегорском рынке труда практически не бывает. Общественные работы — вот все, что может предложить сегодня центр занятости взрослым, оставшимся без постоянного заработка и без пособия по безработице. Школьникам  — временные работы во время каникул.

Реорганизация системы ЖКХ также привела немало людей в кабинеты центра занятости, да и структура ЛуТЭКа претерпевает изменения. Так что безработных прибавляется.

- Налоговая политика в стране такова, что малый бизнес, да и средний задавлены, — сокрушается Ровенская. — Прежде служба занятости выделяла субсидии на организацию собственного дела. И у нас есть кого показать из предпринимателей той поры. Хотя и им в это нестабильное время очень трудно. Трудно выживать в неблагоприятных условиях, когда все ветви власти пытаются воспользоваться средствами бизнесменов. Поэтому о создании новых рабочих мест в этом плане говорить не приходится. Вот, к примеру, осталась обувная мастерская, которую я опекаю. Но здесь особый случай.

Пришел человек с поселения. (Заключенным, хорошо зарекомендовавшим себя на работе, дают послабления в исполнении меры наказания, переводят из зоны на поселение.)  По окончании срока появился он в нашем  центре занятости. Спрашиваю, чем занимался на поселении. Оказывается, ремонтировал и шил обувь. Проверила его умения, предложив починить замок в своих сапогах. Действительно, умелец. Решила, что нужно человеку помочь. Каждый ведь может оступиться. Посодействовала в устройстве на работу, нашли помещение под мастерскую для ремонта обуви. Выделили человеку субсидию. Потом стали возникать всевозможные осложнения, из которых предпринимателю самому бы не выбраться. Пришлось искать новое помещение. Однако мастерская выстояла, здесь созданы рабочие места. Люди зарабатывают на жизнь, да и бывший поселенец показал себя с лучшей стороны. Еще одно доказательство теории Натальи Петровны о роли человека в своей судьбе. Хотя без счастливого случая здесь все же не обошлось. А в роли доброй феи — сама Ровенская.

- Создать коллектив, каждый сотрудник которого болеет за свое дело, удается далеко не каждому, — считает управделами думы района Татьяна Кравченко. -  Районный центр занятости населения, выпестованный Натальей Петровной, можно назвать образцовым. Нам, органам власти, с ними очень приятно работать. Всякое дело, за которое они берутся, можно уже не проверять и не согласовывать. Доведут до конца в лучшем виде. Безработные получают здесь и консультации, и всяческую поддержку. У Ровенской чутье на кадры, она безошибочно определяет, на что по максимуму способен человек, и старается направить его на учебу, на работу, на практику. Немало людей в районе именно ей обязаны своей состоявшейся судьбой. Среди них и совсем молодые, и зрелые люди, и инвалиды. Да что там далеко ходить, ведь я сама перешла на новую должность из отдела народного образования не без влияния Натальи Петровны…

Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня, говорит она своим сотрудницам. Если не поспешишь, не поторопишься, то и жизнь пройдет, внушает единственной дочке.

Надежда пошла по стопам матери, учится во ВГУЭСе на факультете экономики и управления. Заканчивает третий курс.

Иногда вечерами, признается Наталья Пет     ровна, накатывает чувство вины. Уж очень мало внимания уделяла она раньше дочери. Как в песне: "Меньше всего любви достается нашим самым любимым людям".  Звонит своей студентке во Владивосток, кается. А та тревожится: "Мама, у тебя что-то случилось, тебе плохо?"

В 2001 году ей предложили попробовать себя в депутатском корпусе. Честно признается, толком не знала, что это такое. Но характер кипучий, поэтому согласилась без колебаний и пошла на выборы. В Лучегорске к тому времени создалась довольно странная ситуация. Предыдущий депутатский корпус бездействовал два года из четырех. Прокуратура оспорила их права и приостановила деятельность районной думы. В 2002 году избрали новый состав депутатов  района. И Ровенскую, как наиболее энергичную и знающую, выдвинули в председатели думы.

Человек она ответственный. Взялась возрождать работу, проводила каждый месяц заседания, но при этом не отказывалась от своей работы в службе занятости. Что такое неосвобожденный председатель? Да еще в неотлаженном механизме, где нужно создавать и правовую базу, и структуру взаимоотношений…

Вспоминая сегодня этот период жизни, она удивляется. Как  могла только все это выдержать! Нужно было присутствовать на заседаниях всех районных комиссий, ездить в Законодательное собрание края, готовить заседания думы и при этом решать проблемы безработных. Благо, что здесь, в ее любимой службе, все уже давно на своих местах, детище получилось работоспособным и умелым. А вот в думе нужно было дневать и ночевать.

Муж поначалу очень ругался. Что это за работа такая, из-за которой жены дома не бывает! Случалось, что они по три дня не виделись. Он уходил в ночные смены, когда ее еще не было, возвращался с работы — ее уже не было… Со временем привык к частым  звонкам, — не волнуйся, мол,  не жди, ужинай без меня.

В бесконечной круговерти и не заметила, как четыре года пролетели. И снова рискнула выставить свою кандидатуру на выборах. Трудно неимоверно, но все же увлекательно самой участвовать во всех районных делах.  Согласно новому уставу, выбирали уже не 11, а 20 районных депутатов. И, конечно, в этой двадцатке Ровенская заняла свое достойное место. На этот раз Наталья Петровна избрана заместителем председателя думы Пожарского муниципального района.

Но кроме районной власти в Лучегорске есть еще и муниципальная. И неугомонной Наталье Петровне предложили снова поучаствовать в выборах. По правде, эта идея ее не вдохновляла. Но уж очень толковая подобралась группа поддержки, неравнодушные, болеющие за будущее Лучегорска люди. И Ровенская сдалась. И снова выиграла. Теперь ее выбрали председателем муниципального комитета. Вот такой феномен — три руководителя большого ранга в одном лице в одно и то же время. Чем не рекорд для книги рекордов Гиннесса?

У Лучегорска проблем немало. Главная, как и в других городах и поселках края, — нехватка средств. И это при том, что ЛуТЭК перечисляет огромные налоги. Налоги, перечисляемые во все уровни,  составляют более  1,5 млрд рублей, а реально на территории остается около 200 млн. Прежде в районе оставляли 340 млн. А теперь все бюджетополучатели оптимизируются, ужимаются. Муниципальные структуры от таких инноваций приходят в плачевное состояние: и больницы, и школы, и дошкольные учреждения. Так жить нельзя. Это понимают на местах. Но понимают ли в центре?

В свое время Ровенской довелось присутствовать на совещании с Дмитрием Козаком в Хабаровске. Обсуждался закон о местном самоуправлении. Все представители муниципальных образований заявляли в один голос, что при нашей катастрофической нехватке денег его нельзя принимать. Однако "голос масс" никто не послушал, и закон ввели в действие.

- С 1 января этого года  мы перешли  на местное самоуправление, — констатирует Наталья Петровна. — У нас законом № 131-ФЗ от 6 октября 2003 года определено много полномочий при малом количестве денег.

Строгих регламентирующих границ пока нет, правовое поле не сформировано, сумятица в головах. Каждый глава действует в меру своего понимания, пропуская новые документы через свой нравственный камертон… И очень важно сегодня выбрать на местах искренних, порядочных людей, болеющих не за собственный карман, а за процветание родного поселка, города, района. Похоже, жители городского поселения Лучегорск (а здесь их насчитывается ни много ни мало — 24 тысячи) не ошиблись в выборе.

Человек, создавший образцовый центр занятости населения, способен менять жизнь к лучшему.

Лариса ТИМОХИНА.

Прошлое, хранящееся в памяти,
есть часть настоящего.
Тадеуш Котарбиньский.

Иду по Корабельной Набережной, вдоль тихого, заставленного судами Золотого Рога. У 36-го причала сам собою медлится шаг — против векового строения-"уголка". В прошлом — с кротким двориком под густыми кронами рослых ильмов; ныне за счет них — с приделками-флигелями, мансардой да флагами фирм-новоселов.
Притягивает былое: и два десятка своих, отданных особнячку лет, и судьба человека, слитая с ним. После изнуряющих походов по тайге находил он в кабинете-комнатушке первого этажа утешение в семье, разбирал дневники, гербарии, чертил карты, писал статьи, готовил лекции и научные сообщения. В 1921 году здесь родилась его первая книга, "По Уссурийскому краю", восхитившая самого Горького.
Четверть века назад в квартиру Арсеньева, ставшую столяркой Приморрыбвода, я спускался частенько. Зайду, присяду к старинному столу, уже верстаку, закурю. Окруженная ореолом тайны, теплеет душа. И не верится в легкость единения с прошлым: не музейным, а продолжением дела, которому он служил, будучи в 1918-1924 годах инспектором рыболовства, а теперь приобщен и я.
Обветшавшие стены, избитые двери, истертые половые плахи, хлам…
- Да тут ли он жил?!
- Тут, тут, — бурчал столяр.
При моей разъездной жизни образ Арсеньева то отдалялся, то вдруг возникал на, казалось бы, голом месте, играя чудесными гранями: я оказывался — и даже след в след — в каких-то "его" местах.
Вот и недавно — там, где 100 лет назад, с мая по ноябрь 1906 года, Арсеньев совершил свою первую крупную экспедицию — в горную область Сихотэ-Алиня и повстречал в ней лесного человека Дерсу Узала, ставшего верным таежным другом.
Счастливые минуты и тягостные лишения чередовались в походе, как день и ночь, но, завершившись, этот поход положил начало новой, арсеньевской, эпохе в планомерном обширном изучении Дальнего Востока, принесшем Владимиру Клавдиевичу мировую славу путешественника, географа, топографа, биолога, этнографа, писателя…

Близкое далекое
У истока Уссури. — По бохайской тропе. — Встреча с Арсеньевым. — Через  Сихотэ-Алинь к Посту Ольги.

УАЗик рвет камни, вытуживаясь к истоку Уссури. По краю террасы, по-над обрывом, с холодящим сердце креном одолевает последнюю крутизну — и мы на седьмом небе, над великой тайгой! над ее притихшим тигрово-женьшеневым сумраком…

- Погодка-то, а! — бьет в ладоши Геннадий Бабков, коренной сихотэ-алинец, увлекший нас, двух горожан, в горы.

С горы Снежной, 1682 метра, глаз цепляет во-о-он тот водораздел — за двумя отрогами. Там Арсеньев впервые перевалил Сихотэ-Алинь — с отрядом из 21 человека, взойдя от Иолайзы (топонимы 1906 г. здесь и далее — как у Арсеньева, В.М.), от нынешней деревеньки Антоновки, по древней тропе, еще бохайской, чье селище 13 веков назад стояло у моря, где сейчас Ольга. Отряд достиг гребня хребта 16 июня и у могучего кедра стал на привал. Старик-китаец, проводник, вскинув руку к востоку, сказал:

- Река Вай-Фудзин.

По Вай-Фудзину (Аввакумовка) отряду предстояло выйти к заливу Святой Ольги, и 21-го, на 33-й день путешествия от Шмаковки, он прибыл туда. За китайскими фанзами виднелось и русское селение, Пост Ольги. К нему и направились.

Люди и лошади измучились тяжелой, с гнусом и буреломом, дорогой; изорвалась одежда, вышел провиант. Для отдыха и в ожидании идущего морем из Владивостока груза отряд расположился лагерем.

Обследование Сихотэ-Алиня, морского берега и верховьев Уссури и Имана (Большая Уссурка) устроил Приамурский отдел Русского географического общества — с "естественно-исторической" целью, но, очевидно, и военное ведомство было крайне заинтересовано в "разработке" Уссурийского края — на фоне милитаристских успехов Японии 1904-1905 годов, — что и предстояло выполнить 33-летнему штабс-капитану штаба Приамурского военного округа Арсеньеву.

Генерал Рутковский, участник перехода Шмаковка-Пост Ольги, на третий после выхода отряда к морю день на миноносце "Бесшумном" залив покинул.

Арсеньев, отдав казакам и стрелкам необходимые распоряжения, с ольгинцем Буниным знакомится с растительным и животным миром побережья, укладом жизни переселенцев и аборигенов, а по геологическому строению почв делает замечательный вывод о значительном наступлении суши на море в устье Аввакумовки. "Пробив" округу, предпринимает поход-шестидневку через Ольгинский хребет: поднимается по реке Сыдагоу (Васильковка) к Тазовской горе, а по Сандагоу (Минеральная) спускается к Аввакумовке километрах в 15 от ее устья.

В один из тихих вечеров, у потрескивающего сучьями костра, Арсеньев, обобщая дневные наблюдения и слушая шорохи леса, вспомнил юность, Петербург, книги о походах Пояркова, Хабарова, Пржевальского. Сбылась его заветная мечта! — он в святая святых дремучей уссурийской тайги. Сколько сил приложено к этому! Армейская школа, три рапорта о переводе на Дальний Восток — и, наконец, отъезд из 14-го Олонецкого полка, из-под Варшавы. И вот он, Владивосток! — 5 августа 1900 года…

С места, где стою сейчас я, видна и Тазовская — вон ее макушка. "Когда мы поднялись на вершину хребта, утренняя мгла рассеялась и открылся великолепный вид во все стороны", — записал Арсеньев, глядя на Снежную.

Эх, если бы не 100 лет между двумя солнечными днями…

"Стреляй не надо! Моя — люди!.."

По взморью. — Встреча с Дерсу. — Дальше — вместе.

Я постоял у истока Уссури — крошечной струйки, бегущей из верхушечного потайного ледника Снежной, и полез на макушку горы: где оно, море?

…Отдохнув и пополнив запасы, отряд 26 июля выступил из Поста Ольги взморьем на север — по колесной дороге, только-только проложенной для вывоза имущества с погибшего в заливе Владимира вскорости после цусимской бойни крейсера "Изумруд" — и через сотню верст свернул к верховьям реки Тадушу (Зеркальная).

3 августа под отвесной скалой (где теперь Кавалерово) отряд заночевал. Вдруг боковая осыпь зашумела камнями. Арсеньев схватил винтовку, но его выстрел упредил человеческий голос:

- Стреляй не надо! Моя — люди!..

Это был Дерчу из нанайского рода Оджал, лесной житель. Приставив к кедру винтовку, скинув котомку, он с трубкой подсел к костру. Пыхнул раз, другой… и углубился взглядом в огонь — слушаю тебя, пришелец! — таков обычай тайги.

- Поешь, — протянул Арсеньев миску с изюбриным мясом.

- Спасибо, капитан. Моя шибко хочу кушай, моя сегодня кушай нету.

Безлунная ночь прошла в разговорах, у костра, и два человека поняли: друг другу нужны. И дальше пошли вместе: "Капитан" и "Дерсу Узала".

В книгах первую встречу с гольдом Арсеньев переносит в 1902 год: Дерсу спасает его в пургу на Ханке. Но… там Дерсу не было. Арсеньеву хотелось видеть рядом друга, кому природа — родной дом, да и полуторалетнее их общение в таежной жизни — вечность, и писатель "удлинил" дружбу с Дерсу на четыре года.

На другой день, 4-го, отряд вторично пересек Сихотэ-Алинь — там, где прошел в 1857 году Михаил Венюков, известный русский ученый и путешественник, и спустился по Ли-Фудзину (верховья Павловки) к уже знакомому месту — Иолайзе…

По столетним следам

К Большой Уссурке. — Сан Саныч из Варпаховки. — Рокоссовцы. — Земля Дерсу. — Заживо погребенные. — Перевал Венюкова.

Был отпуск: и у нас, и у Бабкова. Гена, до конца ногтей рыбак и таежник, съехав со Снежной, надергал на уху ленков, оглядел горы и изрек слова, укравшие у меня сон:

- На Иман махнем? На сплав?

Походные сборы — и мы в пути. Уже сентябрь. У Дунькина Пупа, крутой сопки, вспыхом мелькнула рябина. Упал дождь, и пойменный туман призолотил косынки осин. У Варпаховки, испускающего дух сельца, притормаживаем — размять кости.

Подходит седой уже человек: "До Антоновки подбросите?" — "А чего ж?"

Едем у круч. Тут из Кокшаровки, еще в начале экспедиции, шел в Иолайзу отряд.

- Про Арсеньева толком не слыхивал, — разочаровывает Сан Саныч, — а фанзы китайцев и тазов помню. Печки — из глины. Вдоль стен — каны. Под ними проходил горячий воздух. Спали на них. А дым по плитняковой трубе шел к речке, чтоб, значит, не подымался. Ховались от хунхузов. С переселенцами дружили не все. Бабушка сказывала: тащит китаец куль. "Что несешь?" — "Маленький баран". Глянули, а там русский ребенок. Убитый. Перед войной их выселили, под Ташкент, вроде, да в Казахстан.

В конце войны проложили дорогу, и бохайская тропа заросла. По новому пути в 45-м прошли рокоссовцы — для десантного броска из Ольги на Сахалин.

- Ох, и сорвиголовы! — сокрушается Сан Саныч. — Чуть что не так — берегись!

В ту пору подросток, Саша Разоренов много чего видел и слышал.

Исстари на Сихотэ-Алине жили туземцы: на западной стороне — гольды, на восточной — удэгейцы, но в середине XIX века пришли китайцы и всюду стали хозяйничать: забирали добычу, за опий и порох вгоняли в долги, отбирали детей и жен.

Мы остановились у края Антоновки…

…Чуть не дойдя до Иолайзы, отряд разбил бивак. Развьючив лошадей, казаки пошли на охоту. Арсеньев остался вдвоем с гольдом.

- Капитан, — сказал Дерсу, — моя не могу сегодня охота ходи. Там, — указал он рукой в лес, — помирай есть моя жена и мои дети.

Всю ночь он просидел у костра, в одиночестве, а утром спустился к реке, к большому камню. Когда Арсеньев его разыскал, Дерсу поднялся с земли и грустно произнес:

- Тут раньше моя живи, раньше здесь юрта была и амбар. Давно сгорели. Отец, мать тоже здесь раньше живи.

Аборигенов покосила оспа. Дерсу чудом выжил.

В Иолайзе таз шепнул ему, что два дня назад китайский суд приговорил к захоронению живьем двух человек за то, что из мести убили своего кредитора. Арсеньев вмешаться не мог: слишком неравными были силы, к тому же человек военный, он был ограничен в отступлениях от приказов…

…Я достал карту, огляделся. Рытвины, холмы… Не средневековое ли городище, обозначенное археологическим памятником? А груда камней? — следы бытования туземцев? Ну а пребывание Арсеньева? Хоть что-нибудь! А вокруг — избенки с просевшими коньками, заборы враспляс да бесхозные кресты на погосте.

100 лет, 100 лет…

С этого места Арсеньев выступил на север, в горы, по речушке Поугоу — "Козьей долине", ныне Шумной, в места дикие, разбойничьи, с хунхузами да беглым разношерстным людом, а мы продолжили путь на восток, по встречным его следам, к перевалу Венюкова.

На пологой высотке — стела со словами: "Этот перевал прошли: Венюков, Пржевальский, Арсеньев". Фотографируются две свадебные пары, салютуют шампанским. 20 сентября 2004 года. Крепких уз, молодые!

В Кавалерово, у дороги, отвесная скала. Она! Тормознуть бы, да "горит" наше время.

Такая разная тайга
Выстрел в Дерсу. — Чудеса Тетюхе (Рудной). — Пожар. — Дерсу спасает Арсеньева и себя. — Буран.

Охотясь на кабанов, 12 августа Арсеньев едва не убил Дерсу. Друзья разошлись. Арсеньев бросился наперерез стаду и потерял гольда из виду. Выстрелив же, услышал его стон. К счастью, пуля только скользнула по телу…

…Дорога пошла на спуск, и нам открылся Дальнегорск — живописным водосбором.

Арсеньев поднялся сюда по реке Тетюхе (Рудная), минуя городище империи Цзинь (XII век) у ее устья, спустившись к нему по притоку с Сихотэ-Алиня, перевалив хребет в третий раз. Тут поджидали чудеса. К верховьям, заполонив русло, шла на нерест кета, и "пробки" бурлили у порогов. Стада кабанов лезли в огороды манзов, и те без продыху грохотали железом. На привале Арсеньев открыл для науки белку-летягу, названную его именем: Pteromys volans arsenjevi Oq. Дерсу наткнулся на женьшень. 1 сентября Сихотэ-Алинь перевалили в четвертый раз. Спустились к Иману. Пройдя по истоку, повернули к морю и вновь перешли хребет.

Старой лесовозной дорогой, дав крюк, мы выехали на Большую Уссурку — километрах в 40 ниже места, где побывал Арсеньев, и, не торопясь, начали сплав. Арсеньев же намеревался, достигнув моря, пройти до Тернея, затем по реке Дунце (Заболоченная) пересечь Сихотэ-Алинь, выйти к истоку Колумбе и спуститься притоком к Иману.

Отправив часть отряда из Тернея морем во Владивосток, Арсеньев с Дерсу предприняли небольшую экскурсию в горы. Было начало октября. На второй день Арсеньев наколол ногу, ступню разнесло. А тут еще, как черт из табакерки, загудел верховой пал. Со страшной скоростью огонь надвигался на беззащитных людей. Мчались мимо звери, летели птицы и пепел, лес заволокло густым дымом. Положение стало отчаянным. "Вдруг Дерсу, не говоря ни слова, схватил меня на руки и быстро перенес через реку". Арсеньев впал в забытье. На галечной косе, под мокрой палаткой, Дерсу спас обе жизни.

Переходя 20 октября в последний, восьмой раз Сихотэ-Алинь, уже без лошадей, налегке, с двумя собаками, путники попали в жестокую пургу. Утром термометр показал минус 15.

Не спится…
Сплав. — Встречи на Амуре и Камчатке. — Архив под ногами. — Сколько жить уссурийской сказке?

Плывем — на резиновых лодках по древней воде, выуживая на перекатах харюзков. Леса прощаются с летом, пуская армады лиственных корабликов за компанию с нами. Вечером, у костра, вспомнился Хабаровск. А ведь и Арсеньев в нем жил! И тоже на улице Фрунзе! А сколько амурских дорог исходил! И Биру, и Кур, и Анюй, где бывал и я. И надо же! — в феврале 1909 года Арсеньев прошел по Синдинской протоке, ниже Хабаровска, где спустя 80 лет купили домик мои родители, и я сидел вечерами на ее берегу и ловил чебачков, знать не зная об этих его шагах. Дошел он и до озера Кизи, до села Мариинско-Успенского (Мариинское), где я учился в 5-м классе. И был рядом с Шишлово, где мы прожили больше двух лет. Тяжелейшая та экспедиция не забыта! — на Анюе есть сельцо Арсеньево.

А недавно открылась мне тайна. 24 августа 1918 года катерок с Арсеньевым ткнулся в берег реки Камчатки — у подножия Ключевской сопки. "Небольшая жалкая деревушка имела 77 дворов; всего 420 человек, коренных жителей — 310, приписавшихся — 85, корейцев — 16, китайцев — 8, айнов — 1. Клубы дыма из кратера взлетают на версту. По склону сбегает лава и катятся гигантских размеров раскаленные камни", — записал Арсеньев. Он жил у вулкана сутки и продолжил путь по реке. Через 33 года в этой деревушке, ставшей поселком Ключи, появился на свет я.

Выщелкивая клавишами эти строки, ясно представляю себе — нет, вижу! — след форштевня на береговом вулканическом песке против нашего засыпного домика на Кирова, 165.

А первое мое знакомство с Арсеньевым состоялось в 1971 году, в Хабаровске, где Владимир Клавдиевич проживал дважды (1905-1918, 1924-1926). У нас в Амуррыбводе что-то готовили к 100-летию со дня его рождения.

В 72-м же, во Владивостоке, на ул. 1-го Мая, 2, когда ломали ячейки-кабинетики приморрыбводовского вестибюля, под ногами валялись ворохи старых книг, карт, исписанных чернилами листов и много всякой всячины. Ожидая человека по фамилии, кажется, Тремасов, я разглядывал заляпанный известью и затоптанный "мусор". Меня бросило в пот, когда я узрел в картах, рисунках и бумагах руку Арсеньева! Это был архив знаменитого путешественника! Не тот ли, что ищут давно, но не могут найти…

Я стал невольным свидетелем великой ошибки времени: оно не разобралось в своем прошлом, творя будущее…

Но Тремасов, вроде, заходил в Географическое общество, на ул. 1-го Мая, 4.

Догорает костер — под холодными большими звездами. В наших палатках — здоровый храп. Ухнул и затих за рекой филин. Одна вода бормочет свою миллионолетнюю упоительную песню. Я втащил в огонь пару сырых валежин. Он недовольно пошипел, съежился и, уняв жар, перешел на дежурную ночную вахту. Выкатился из-за могучих кедров плафон луны. Я глянул на часы. Не спится в гостях у сказки. Сколько ей, попавшей под рыночный топор, еще жить? Лет 20? 50?..

Пусть, как прежде…
Купание в ледяной воде. — Голод. — Враждебная встреча. — Вкусный хлеб. — Прощай, Дерсу. — Что я за человек? — Прошлое — часть настоящего.

Снежный ураган, прихвативший Арсеньева у подножия Сихотэ-Алиня, повалил полосы леса. Путники вязли в метровом снегу, в буреломе. 23 октября показалась, наконец, Колумбе. Пошли по припаю. Обтрепанная одежда едва грела. Выручали туземные фанзы — в них ночевали, сушились, подлатывали тряпье и обувь, кормились.

Грянул ноябрь.

Удэгейцы из Сидатуна (Мельничное) взялись подвезти путешественников на лодке. В пути ее затерло шугой, перевернуло, и люди едва не погибли. Ушла на дно винтовка, унесло съестные припасы. Удэгейцы вернулись. Три дня отряд добирался до жилья, питаясь несколькими найденными рыбьими головками, недоеденными медведем. Еле волоча ноги, дошли до Сан-ши-хезы (Островной), миновав недальнее урочище Лаолю, в 1972 году ставшее селом Дерсу.

Переночевав, двинулись дальше. Впереди был большой китайский поселок Картун (Вострецово) с зажиточными фанзами. Но путников встретили враждебно: дошел слух, что Арсеньев сочувствует "удэхейцам", нещадно прижимаемым китайцами. Пришлось бы спать на морозе, да снова выручил Дерсу, унюхав за поселком "удэхейские" печные дымки.

На следующий день дошли до Котельного, русского селения. "Хозяева избушки оказались очень радушными. С каким удовольствием я поел крестьянского хлеба!" — записал Арсеньев.

До железной дороги — 23 километра. Перчатки износились, мерзли руки, но Арсеньев произвел съемку местности до конца. За две версты до станции, на последнем привале, Дерсу, скрепя сердце, попросил патронов.

- Дерсу, не уходи, — тихо проговорил Арсеньев.

- Моя город жить не моги, — вздохнул гольд.

- Прощай, Дерсу, — и Арсеньев крепко пожал ему руку. — Спасибо за то, что ты помогал мне. Прощай! Я никогда не забуду то многое, что ты для меня сделал!..

17 ноября вечером путешественники прибыли в Хабаровск…

 …Что я за человек? Хочется прямо сейчас рвануть туда, где расстались двое удивительных людей. Посидеть, глядя на теплое пламя, у тамошнего костра.

Что значит их жизнь для нас, бытующих на земле, беззаветно любимой ими? Любимой — потому что один родился и вырос на ней, иной земли не видел и не знал, другой — долго мечтал о ней, обрел, принял всем сердцем, приоткрыл тайны ее первозданной красоты — чистой и настороженной.

Знаю: вернусь в город с просветленной душой — от шепота огня, журчанья речки, шорохов леса, того самого голоса природы, что слушали Арсеньев и Дерсу. Может, затем и рвется душа, что он, несмолкаемый голос, очищает ее памятью прошлого. Оно — часть настоящего — польский философ Тадеуш Котарбиньский, конечно же, прав.

Но нет, не помчусь.

Пусть, как и прежде, встречи с Арсеньевым случаются сами собой, раз уж им, встречам, так того хочется. По божьей милости они куда как богаче…

Валерий МАЛИНОВСКИЙ.

Прошлое, хранящееся в памяти,
есть часть настоящего.
Тадеуш Котарбиньский.

Иду по Корабельной Набережной, вдоль тихого, заставленного судами Золотого Рога. У 36-го причала сам собою медлится шаг — против векового строения-"уголка". В прошлом — с кротким двориком под густыми кронами рослых ильмов; ныне за счет них — с приделками-флигелями, мансардой да флагами фирм-новоселов.
Притягивает былое: и два десятка своих, отданных особнячку лет, и судьба человека, слитая с ним. После изнуряющих походов по тайге находил он в кабинете-комнатушке первого этажа утешение в семье, разбирал дневники, гербарии, чертил карты, писал статьи, готовил лекции и научные сообщения. В 1921 году здесь родилась его первая книга, "По Уссурийскому краю", восхитившая самого Горького.
Четверть века назад в квартиру Арсеньева, ставшую столяркой Приморрыбвода, я спускался частенько. Зайду, присяду к старинному столу, уже верстаку, закурю. Окруженная ореолом тайны, теплеет душа. И не верится в легкость единения с прошлым: не музейным, а продолжением дела, которому он служил, будучи в 1918-1924 годах инспектором рыболовства, а теперь приобщен и я.
Обветшавшие стены, избитые двери, истертые половые плахи, хлам…
- Да тут ли он жил?!
- Тут, тут, — бурчал столяр.
При моей разъездной жизни образ Арсеньева то отдалялся, то вдруг возникал на, казалось бы, голом месте, играя чудесными гранями: я оказывался — и даже след в след — в каких-то "его" местах.
Вот и недавно — там, где 100 лет назад, с мая по ноябрь 1906 года, Арсеньев совершил свою первую крупную экспедицию — в горную область Сихотэ-Алиня и повстречал в ней лесного человека Дерсу Узала, ставшего верным таежным другом.
Счастливые минуты и тягостные лишения чередовались в походе, как день и ночь, но, завершившись, этот поход положил начало новой, арсеньевской, эпохе в планомерном обширном изучении Дальнего Востока, принесшем Владимиру Клавдиевичу мировую славу путешественника, географа, топографа, биолога, этнографа, писателя…

Близкое далекое
У истока Уссури. — По бохайской тропе. — Встреча с Арсеньевым. — Через  Сихотэ-Алинь к Посту Ольги.

УАЗик рвет камни, вытуживаясь к истоку Уссури. По краю террасы, по-над обрывом, с холодящим сердце креном одолевает последнюю крутизну — и мы на седьмом небе, над великой тайгой! над ее притихшим тигрово-женьшеневым сумраком…

- Погодка-то, а! — бьет в ладоши Геннадий Бабков, коренной сихотэ-алинец, увлекший нас, двух горожан, в горы.

С горы Снежной, 1682 метра, глаз цепляет во-о-он тот водораздел — за двумя отрогами. Там Арсеньев впервые перевалил Сихотэ-Алинь — с отрядом из 21 человека, взойдя от Иолайзы (топонимы 1906 г. здесь и далее — как у Арсеньева, В.М.), от нынешней деревеньки Антоновки, по древней тропе, еще бохайской, чье селище 13 веков назад стояло у моря, где сейчас Ольга. Отряд достиг гребня хребта 16 июня и у могучего кедра стал на привал. Старик-китаец, проводник, вскинув руку к востоку, сказал:

- Река Вай-Фудзин.

По Вай-Фудзину (Аввакумовка) отряду предстояло выйти к заливу Святой Ольги, и 21-го, на 33-й день путешествия от Шмаковки, он прибыл туда. За китайскими фанзами виднелось и русское селение, Пост Ольги. К нему и направились.

Люди и лошади измучились тяжелой, с гнусом и буреломом, дорогой; изорвалась одежда, вышел провиант. Для отдыха и в ожидании идущего морем из Владивостока груза отряд расположился лагерем.

Обследование Сихотэ-Алиня, морского берега и верховьев Уссури и Имана (Большая Уссурка) устроил Приамурский отдел Русского географического общества — с "естественно-исторической" целью, но, очевидно, и военное ведомство было крайне заинтересовано в "разработке" Уссурийского края — на фоне милитаристских успехов Японии 1904-1905 годов, — что и предстояло выполнить 33-летнему штабс-капитану штаба Приамурского военного округа Арсеньеву.

Генерал Рутковский, участник перехода Шмаковка-Пост Ольги, на третий после выхода отряда к морю день на миноносце "Бесшумном" залив покинул.

Арсеньев, отдав казакам и стрелкам необходимые распоряжения, с ольгинцем Буниным знакомится с растительным и животным миром побережья, укладом жизни переселенцев и аборигенов, а по геологическому строению почв делает замечательный вывод о значительном наступлении суши на море в устье Аввакумовки. "Пробив" округу, предпринимает поход-шестидневку через Ольгинский хребет: поднимается по реке Сыдагоу (Васильковка) к Тазовской горе, а по Сандагоу (Минеральная) спускается к Аввакумовке километрах в 15 от ее устья.

В один из тихих вечеров, у потрескивающего сучьями костра, Арсеньев, обобщая дневные наблюдения и слушая шорохи леса, вспомнил юность, Петербург, книги о походах Пояркова, Хабарова, Пржевальского. Сбылась его заветная мечта! — он в святая святых дремучей уссурийской тайги. Сколько сил приложено к этому! Армейская школа, три рапорта о переводе на Дальний Восток — и, наконец, отъезд из 14-го Олонецкого полка, из-под Варшавы. И вот он, Владивосток! — 5 августа 1900 года…

С места, где стою сейчас я, видна и Тазовская — вон ее макушка. "Когда мы поднялись на вершину хребта, утренняя мгла рассеялась и открылся великолепный вид во все стороны", — записал Арсеньев, глядя на Снежную.

Эх, если бы не 100 лет между двумя солнечными днями…

"Стреляй не надо! Моя — люди!.."

По взморью. — Встреча с Дерсу. — Дальше — вместе.

Я постоял у истока Уссури — крошечной струйки, бегущей из верхушечного потайного ледника Снежной, и полез на макушку горы: где оно, море?

…Отдохнув и пополнив запасы, отряд 26 июля выступил из Поста Ольги взморьем на север — по колесной дороге, только-только проложенной для вывоза имущества с погибшего в заливе Владимира вскорости после цусимской бойни крейсера "Изумруд" — и через сотню верст свернул к верховьям реки Тадушу (Зеркальная).

3 августа под отвесной скалой (где теперь Кавалерово) отряд заночевал. Вдруг боковая осыпь зашумела камнями. Арсеньев схватил винтовку, но его выстрел упредил человеческий голос:

- Стреляй не надо! Моя — люди!..

Это был Дерчу из нанайского рода Оджал, лесной житель. Приставив к кедру винтовку, скинув котомку, он с трубкой подсел к костру. Пыхнул раз, другой… и углубился взглядом в огонь — слушаю тебя, пришелец! — таков обычай тайги.

- Поешь, — протянул Арсеньев миску с изюбриным мясом.

- Спасибо, капитан. Моя шибко хочу кушай, моя сегодня кушай нету.

Безлунная ночь прошла в разговорах, у костра, и два человека поняли: друг другу нужны. И дальше пошли вместе: "Капитан" и "Дерсу Узала".

В книгах первую встречу с гольдом Арсеньев переносит в 1902 год: Дерсу спасает его в пургу на Ханке. Но… там Дерсу не было. Арсеньеву хотелось видеть рядом друга, кому природа — родной дом, да и полуторалетнее их общение в таежной жизни — вечность, и писатель "удлинил" дружбу с Дерсу на четыре года.

На другой день, 4-го, отряд вторично пересек Сихотэ-Алинь — там, где прошел в 1857 году Михаил Венюков, известный русский ученый и путешественник, и спустился по Ли-Фудзину (верховья Павловки) к уже знакомому месту — Иолайзе…

По столетним следам

К Большой Уссурке. — Сан Саныч из Варпаховки. — Рокоссовцы. — Земля Дерсу. — Заживо погребенные. — Перевал Венюкова.

Был отпуск: и у нас, и у Бабкова. Гена, до конца ногтей рыбак и таежник, съехав со Снежной, надергал на уху ленков, оглядел горы и изрек слова, укравшие у меня сон:

- На Иман махнем? На сплав?

Походные сборы — и мы в пути. Уже сентябрь. У Дунькина Пупа, крутой сопки, вспыхом мелькнула рябина. Упал дождь, и пойменный туман призолотил косынки осин. У Варпаховки, испускающего дух сельца, притормаживаем — размять кости.

Подходит седой уже человек: "До Антоновки подбросите?" — "А чего ж?"

Едем у круч. Тут из Кокшаровки, еще в начале экспедиции, шел в Иолайзу отряд.

- Про Арсеньева толком не слыхивал, — разочаровывает Сан Саныч, — а фанзы китайцев и тазов помню. Печки — из глины. Вдоль стен — каны. Под ними проходил горячий воздух. Спали на них. А дым по плитняковой трубе шел к речке, чтоб, значит, не подымался. Ховались от хунхузов. С переселенцами дружили не все. Бабушка сказывала: тащит китаец куль. "Что несешь?" — "Маленький баран". Глянули, а там русский ребенок. Убитый. Перед войной их выселили, под Ташкент, вроде, да в Казахстан.

В конце войны проложили дорогу, и бохайская тропа заросла. По новому пути в 45-м прошли рокоссовцы — для десантного броска из Ольги на Сахалин.

- Ох, и сорвиголовы! — сокрушается Сан Саныч. — Чуть что не так — берегись!

В ту пору подросток, Саша Разоренов много чего видел и слышал.

Исстари на Сихотэ-Алине жили туземцы: на западной стороне — гольды, на восточной — удэгейцы, но в середине XIX века пришли китайцы и всюду стали хозяйничать: забирали добычу, за опий и порох вгоняли в долги, отбирали детей и жен.

Мы остановились у края Антоновки…

…Чуть не дойдя до Иолайзы, отряд разбил бивак. Развьючив лошадей, казаки пошли на охоту. Арсеньев остался вдвоем с гольдом.

- Капитан, — сказал Дерсу, — моя не могу сегодня охота ходи. Там, — указал он рукой в лес, — помирай есть моя жена и мои дети.

Всю ночь он просидел у костра, в одиночестве, а утром спустился к реке, к большому камню. Когда Арсеньев его разыскал, Дерсу поднялся с земли и грустно произнес:

- Тут раньше моя живи, раньше здесь юрта была и амбар. Давно сгорели. Отец, мать тоже здесь раньше живи.

Аборигенов покосила оспа. Дерсу чудом выжил.

В Иолайзе таз шепнул ему, что два дня назад китайский суд приговорил к захоронению живьем двух человек за то, что из мести убили своего кредитора. Арсеньев вмешаться не мог: слишком неравными были силы, к тому же человек военный, он был ограничен в отступлениях от приказов…

…Я достал карту, огляделся. Рытвины, холмы… Не средневековое ли городище, обозначенное археологическим памятником? А груда камней? — следы бытования туземцев? Ну а пребывание Арсеньева? Хоть что-нибудь! А вокруг — избенки с просевшими коньками, заборы враспляс да бесхозные кресты на погосте.

100 лет, 100 лет…

С этого места Арсеньев выступил на север, в горы, по речушке Поугоу — "Козьей долине", ныне Шумной, в места дикие, разбойничьи, с хунхузами да беглым разношерстным людом, а мы продолжили путь на восток, по встречным его следам, к перевалу Венюкова.

На пологой высотке — стела со словами: "Этот перевал прошли: Венюков, Пржевальский, Арсеньев". Фотографируются две свадебные пары, салютуют шампанским. 20 сентября 2004 года. Крепких уз, молодые!

В Кавалерово, у дороги, отвесная скала. Она! Тормознуть бы, да "горит" наше время.

Такая разная тайга
Выстрел в Дерсу. — Чудеса Тетюхе (Рудной). — Пожар. — Дерсу спасает Арсеньева и себя. — Буран.

Охотясь на кабанов, 12 августа Арсеньев едва не убил Дерсу. Друзья разошлись. Арсеньев бросился наперерез стаду и потерял гольда из виду. Выстрелив же, услышал его стон. К счастью, пуля только скользнула по телу…

…Дорога пошла на спуск, и нам открылся Дальнегорск — живописным водосбором.

Арсеньев поднялся сюда по реке Тетюхе (Рудная), минуя городище империи Цзинь (XII век) у ее устья, спустившись к нему по притоку с Сихотэ-Алиня, перевалив хребет в третий раз. Тут поджидали чудеса. К верховьям, заполонив русло, шла на нерест кета, и "пробки" бурлили у порогов. Стада кабанов лезли в огороды манзов, и те без продыху грохотали железом. На привале Арсеньев открыл для науки белку-летягу, названную его именем: Pteromys volans arsenjevi Oq. Дерсу наткнулся на женьшень. 1 сентября Сихотэ-Алинь перевалили в четвертый раз. Спустились к Иману. Пройдя по истоку, повернули к морю и вновь перешли хребет.

Старой лесовозной дорогой, дав крюк, мы выехали на Большую Уссурку — километрах в 40 ниже места, где побывал Арсеньев, и, не торопясь, начали сплав. Арсеньев же намеревался, достигнув моря, пройти до Тернея, затем по реке Дунце (Заболоченная) пересечь Сихотэ-Алинь, выйти к истоку Колумбе и спуститься притоком к Иману.

Отправив часть отряда из Тернея морем во Владивосток, Арсеньев с Дерсу предприняли небольшую экскурсию в горы. Было начало октября. На второй день Арсеньев наколол ногу, ступню разнесло. А тут еще, как черт из табакерки, загудел верховой пал. Со страшной скоростью огонь надвигался на беззащитных людей. Мчались мимо звери, летели птицы и пепел, лес заволокло густым дымом. Положение стало отчаянным. "Вдруг Дерсу, не говоря ни слова, схватил меня на руки и быстро перенес через реку". Арсеньев впал в забытье. На галечной косе, под мокрой палаткой, Дерсу спас обе жизни.

Переходя 20 октября в последний, восьмой раз Сихотэ-Алинь, уже без лошадей, налегке, с двумя собаками, путники попали в жестокую пургу. Утром термометр показал минус 15.

Не спится…
Сплав. — Встречи на Амуре и Камчатке. — Архив под ногами. — Сколько жить уссурийской сказке?

Плывем — на резиновых лодках по древней воде, выуживая на перекатах харюзков. Леса прощаются с летом, пуская армады лиственных корабликов за компанию с нами. Вечером, у костра, вспомнился Хабаровск. А ведь и Арсеньев в нем жил! И тоже на улице Фрунзе! А сколько амурских дорог исходил! И Биру, и Кур, и Анюй, где бывал и я. И надо же! — в феврале 1909 года Арсеньев прошел по Синдинской протоке, ниже Хабаровска, где спустя 80 лет купили домик мои родители, и я сидел вечерами на ее берегу и ловил чебачков, знать не зная об этих его шагах. Дошел он и до озера Кизи, до села Мариинско-Успенского (Мариинское), где я учился в 5-м классе. И был рядом с Шишлово, где мы прожили больше двух лет. Тяжелейшая та экспедиция не забыта! — на Анюе есть сельцо Арсеньево.

А недавно открылась мне тайна. 24 августа 1918 года катерок с Арсеньевым ткнулся в берег реки Камчатки — у подножия Ключевской сопки. "Небольшая жалкая деревушка имела 77 дворов; всего 420 человек, коренных жителей — 310, приписавшихся — 85, корейцев — 16, китайцев — 8, айнов — 1. Клубы дыма из кратера взлетают на версту. По склону сбегает лава и катятся гигантских размеров раскаленные камни", — записал Арсеньев. Он жил у вулкана сутки и продолжил путь по реке. Через 33 года в этой деревушке, ставшей поселком Ключи, появился на свет я.

Выщелкивая клавишами эти строки, ясно представляю себе — нет, вижу! — след форштевня на береговом вулканическом песке против нашего засыпного домика на Кирова, 165.

А первое мое знакомство с Арсеньевым состоялось в 1971 году, в Хабаровске, где Владимир Клавдиевич проживал дважды (1905-1918, 1924-1926). У нас в Амуррыбводе что-то готовили к 100-летию со дня его рождения.

В 72-м же, во Владивостоке, на ул. 1-го Мая, 2, когда ломали ячейки-кабинетики приморрыбводовского вестибюля, под ногами валялись ворохи старых книг, карт, исписанных чернилами листов и много всякой всячины. Ожидая человека по фамилии, кажется, Тремасов, я разглядывал заляпанный известью и затоптанный "мусор". Меня бросило в пот, когда я узрел в картах, рисунках и бумагах руку Арсеньева! Это был архив знаменитого путешественника! Не тот ли, что ищут давно, но не могут найти…

Я стал невольным свидетелем великой ошибки времени: оно не разобралось в своем прошлом, творя будущее…

Но Тремасов, вроде, заходил в Географическое общество, на ул. 1-го Мая, 4.

Догорает костер — под холодными большими звездами. В наших палатках — здоровый храп. Ухнул и затих за рекой филин. Одна вода бормочет свою миллионолетнюю упоительную песню. Я втащил в огонь пару сырых валежин. Он недовольно пошипел, съежился и, уняв жар, перешел на дежурную ночную вахту. Выкатился из-за могучих кедров плафон луны. Я глянул на часы. Не спится в гостях у сказки. Сколько ей, попавшей под рыночный топор, еще жить? Лет 20? 50?..

Пусть, как прежде…
Купание в ледяной воде. — Голод. — Враждебная встреча. — Вкусный хлеб. — Прощай, Дерсу. — Что я за человек? — Прошлое — часть настоящего.

Снежный ураган, прихвативший Арсеньева у подножия Сихотэ-Алиня, повалил полосы леса. Путники вязли в метровом снегу, в буреломе. 23 октября показалась, наконец, Колумбе. Пошли по припаю. Обтрепанная одежда едва грела. Выручали туземные фанзы — в них ночевали, сушились, подлатывали тряпье и обувь, кормились.

Грянул ноябрь.

Удэгейцы из Сидатуна (Мельничное) взялись подвезти путешественников на лодке. В пути ее затерло шугой, перевернуло, и люди едва не погибли. Ушла на дно винтовка, унесло съестные припасы. Удэгейцы вернулись. Три дня отряд добирался до жилья, питаясь несколькими найденными рыбьими головками, недоеденными медведем. Еле волоча ноги, дошли до Сан-ши-хезы (Островной), миновав недальнее урочище Лаолю, в 1972 году ставшее селом Дерсу.

Переночевав, двинулись дальше. Впереди был большой китайский поселок Картун (Вострецово) с зажиточными фанзами. Но путников встретили враждебно: дошел слух, что Арсеньев сочувствует "удэхейцам", нещадно прижимаемым китайцами. Пришлось бы спать на морозе, да снова выручил Дерсу, унюхав за поселком "удэхейские" печные дымки.

На следующий день дошли до Котельного, русского селения. "Хозяева избушки оказались очень радушными. С каким удовольствием я поел крестьянского хлеба!" — записал Арсеньев.

До железной дороги — 23 километра. Перчатки износились, мерзли руки, но Арсеньев произвел съемку местности до конца. За две версты до станции, на последнем привале, Дерсу, скрепя сердце, попросил патронов.

- Дерсу, не уходи, — тихо проговорил Арсеньев.

- Моя город жить не моги, — вздохнул гольд.

- Прощай, Дерсу, — и Арсеньев крепко пожал ему руку. — Спасибо за то, что ты помогал мне. Прощай! Я никогда не забуду то многое, что ты для меня сделал!..

17 ноября вечером путешественники прибыли в Хабаровск…

 …Что я за человек? Хочется прямо сейчас рвануть туда, где расстались двое удивительных людей. Посидеть, глядя на теплое пламя, у тамошнего костра.

Что значит их жизнь для нас, бытующих на земле, беззаветно любимой ими? Любимой — потому что один родился и вырос на ней, иной земли не видел и не знал, другой — долго мечтал о ней, обрел, принял всем сердцем, приоткрыл тайны ее первозданной красоты — чистой и настороженной.

Знаю: вернусь в город с просветленной душой — от шепота огня, журчанья речки, шорохов леса, того самого голоса природы, что слушали Арсеньев и Дерсу. Может, затем и рвется душа, что он, несмолкаемый голос, очищает ее памятью прошлого. Оно — часть настоящего — польский философ Тадеуш Котарбиньский, конечно же, прав.

Но нет, не помчусь.

Пусть, как и прежде, встречи с Арсеньевым случаются сами собой, раз уж им, встречам, так того хочется. По божьей милости они куда как богаче…

Валерий МАЛИНОВСКИЙ.

В краевой библиотеке им. Горького нечасто бывают гости-писатели из приморской, как говорят, глубинки, а особенно такие, как Олег Вороной из пос. Лазо, самый, может быть, близкий знакомый или даже приятель уссурийского тигра. "Утро России" неоднократно публиковало короткие, но яркие, как масть его героя, рассказы этого автора. Поэтому в ближайшую пятницу, 19 мая, в 17.00 в большом зале библиотеки на творческом вечере талантливого писателя-таёжника ожидается столь же пёстрая — по возрасту — аудитория.
Прозаик Тамара Алёшина так рекомендовала Олега Вороного в члены Союза российских писателей: "Для Олега природа подобна родному дому, а склоны сопок, распадки, тёмная вода в ледяном ложе горной реки, мелкий дубняк, могучие кедры, звериные тропы — хорошо знакомые ему уголки. Городскому читателю такое вообще — как родниковая вода, вкус которой он забыл. До чего же всё в этой небольшой книге "Спасатель" чисто, вкусно, полно лесных запахов и звуков, дышит воздухом потерянного прекрасного мира. И стиль хорош — интонация раскованного, ненапряжённого разговора, полного вдохновения и творческих находок.
Главный герой Олега — уссурийский тигр. В нём равновесие добра и зла — изначальное свойство природы. Тигр у автора и пугало, и демон, и хан, и аспид, и сфинкс, и царь таёжный, и солнечный зверь. Лапы его "распускаются когтистым цветком смерти", рычание бьёт как электрический ток, глаза — непостижимая мистика. Герой поседел, выдержав трёхсуточную осаду таёжного владыки, но в другой ситуации тигр помог выжить, не дав заснуть на ночном морозе. Автор наделяет тигра множеством человеческих эмоций, различает зверей по возрасту, полу, окрасу, характеру. Молодая тигрица — "девчонка девчонкой", любопытная, игривая… Так любить зверя может тот человек, кто понимает: Земля создана для всех тварей, каждая по-своему прекрасна и достойна жизни. А жизнь у автора — поэма!..
Олег Вороной — достойный преемник творчества Михаила Пришвина и Виталия Бианки, Ивана Басаргина и Василия Пескова.

Когда-то русские люди шли на восток в поисках легендарной земли Беловодье, в поисках сказочной жар-птицы, в поисках своего счастья. Среди них был и мой прадед. Нашли они у берегов Тихого океана страну Беловодье, нашли они своё трудное счастье, а вместо жар-птицы нашли жар-зверя, то есть тигра. Все мои предки были известными охотниками, не раз встречались с жар-зверем, а отца моего тигр покалечил. Поклялся я, что, когда стану взрослым, обязательно убью тигра. Но в 1994 году стал первым координатором международного проекта WWF по спасению этого зверя. Много различных историй, связанных с соседством тигра и человека, хранит приморская тайга. Некоторые из них для вас в этой повести.
Тихий тёплый вечер спелой осени 1991 года. Ещё вчера приморская тайга стонала и содрогалась от грубой неистовой силы глубокого циклона, что не ко времени ворвался в ещё не обнажившиеся заросли, окатил ледяным ливнем и, не давая опомниться, придавил мокрым снегом. Да не рассчитал силушку. Встрепенулась тайга, поднялась и — давай стряхивать с себя белую, холодную и липкую тяжесть. Не ко времени снег, не ко времени. Ещё не отполыхали красные кленовые костры, не отшептали золотые сказки вековые дубы, не покинули теплое небо бабочки и мошки, не остекленели взгляды лужиц и озёр, не отблагоухала густым ароматом пряная земля. И полетели наземь обрывки белых одеял. Заликовал пернатый народ, засуетился: "Это не зима! Это не зима! Это не зима!" И всяк по-своему стал расправляться с непрошеным снегом. Размотали свои тончайшие лески пауки, вылавливая всё нерастраченное тепло, поползла по белому снегу мошкара, на глазах темнея и загорая до черноты, деревья, поспешно сбросив ненужную белизну, следом сыпанули остатки листвы, хороня ненужный холод. Скала, влажно поблёскивая, мокреет, темнеет, льнёт к боку сопки, словно пригреваясь и подрёмывая.

За последние  годы определились  особые даты, связанные с ВИЧ, которые отмечаются во многих странах мира. Миллионы  людей на всей планете демонстрируют свою поддержку ВИЧ-инфицированным и стараются  фпредотвратить дальнейшее распространение эпидемии.
Каждый год в третье воскресенье мая отмечается День памяти умерших от СПИДа. В этом году он будет отмечаться в 23-й раз. (Впервые Международный день памяти жертв СПИДа отмечался в 1983 году в американском городе Сан-Франциско.) В этот год он будет отмечаться под девизом: "Оставайтесь людьми! ВИЧ не передается через дружбу".

День памяти — одна из самых крупных и результативных антиспидовских акций. Основная ее цель — привлечь внимание всего населения и властей к проблеме ВИЧ/СПИДа и напомнить, что больные СПИДом — такие же люди, как и все, и каждый из нас может оказаться на их месте. В этот день живые вспоминают тех, кто умер от СПИДа, людей, как правило, молодых, часто талантливых и известных, а также тех, чья жизнь прошла незаметно, но о которых скорбят их семьи.

На сегодня по всему миру насчитываются уже сотни тысяч ВИЧ-инфицированных. За последние 20 лет ВИЧ-инфекция медленно, но неуклонно проникла из первоначальных очагов США и Центральной Америки на все континенты и во все страны мира. Считается, что каждый сотый житель нашей планеты уже заражен этой инфекцией.

В России сложилась сложная ситуация по ВИЧ-инфекции: на начало 2006 года официально значатся 350 тысяч ВИЧ-инфицированых.

На 1 мая 2006 г. в крае — 6474 ВИЧ-инфицированных, из них 4196 мужчин, 1895 — женщин. Среди городов лидирует Уссурийск — 1255 человек (показатель на 100 тыс. населения — 809,1). На втором месте — Находка — 1306 человек (показатель на 100 тыс. — 720,3). Третье место занимает Артем — 667 человек (показатель на 100 тысяч — 594,5). Владивосток на 12-м месте.

Основной путь передачи — парентеральный (5044 ВИЧ-инфицированных). На втором месте стоит половой путь передачи — 771 человек, заразившиеся ВИЧ-инфекцией. Детей, родившихся от ВИЧ-инфицированных матерей, — 376.

В день памяти умерших от СПИДа врачи краевого клинического центра СПИД будут на рабочих местах с приколотыми на груди поминальными ленточками красного цвета. Алая ленточка — это не только знак поминовения умерших от СПИДа, но и знак причастия к глобальной проблеме, символ солидарности с теми, кого эта проблема коснулась лично, символ солидарности с ВИЧ-инфицированными и больными СПИДом, с их родными и близкими.

В этот день в ряде вузов и школ города и края пройдут лекции, беседы, тренинги, выставки плакатов и рисунков, ребята напишут сочинения, касающиеся проблемы СПИДа и наркомании. В сквере на ул. Уборевича врачи центра СПИД совместно с общественной организацией "Жизнь" посадят аллею деревьев и клумбу из красных тюльпанов. Врачи центра выступят на радио и телевидении. Может быть, День памяти умерших от СПИДа заставит людей отнестись к жизни всерьез, а значит, и сохранить годы творчества, радости, любви, обратить внимание людей на ВИЧ-проблему и защитить их от невежества и предрассудков.

Склоним головы перед памятью всех унесенных СПИДом и помянем их добрым словом. Напомним родным и близким сегодняшних больных: вирус СПИДа передается только тремя путями — половым, через кровь от матери к ребенку, парентеральным (через внутривенное употребление наркотиков). Других путей распространения вируса иммунодефицита не существует.

Не оскорбляйте своих близких страхом заразиться от них при простом повседневном общении, им и без того трудно. Наш долг перед умершими — сделать все возможное, чтобы уберечь людей от СПИДа, а заразившихся — защитить от дискриминации, поддержать физически, морально, материально.

Наталья ЕСИПЕНКО,
врач-методист ККЦ СПИД.

Турнир "Ника", посвященный памяти Светланы Никаноровой, является самым престижным на Дальнем Востоке и в Сибири. В девятый раз он собрал лучших гимнасток, выступающих по программам первого разряда, кандидатов и мастеров спорта из Владивостока, Уссурийска, Находки, Хабаровска, Комсомольска-на-Амуре, Улан-Удэ, Мирного и Читы.
Три дня под сводами большого зала спорткомплекса "Олимпиец" звучала музыка. Для спортсменок это был экзамен за прошедший год обучения. Предстояло определить 11 победителей в разных возрастных группах.
По программе первого разряда победителями стали Екатерина Отланова (до 8 лет, тренер Ирина Синицына), Патриция Беззубенко (до 9 лет, тренер Ирина Ванюкова), Александра Козловцева (до 12 лет, Екатерина Балакирева) — все из Владивостока, Лера Гоцол (до 10 лет, тренер Татьяна Турчина) из Находки и хабаровчанка Екатерина Миносян.
Вновь поразила судей и зрителей своим выступлением самая юная (12 лет) участница соревнований кандидат в мастера спорта Олеся Семенова (тренер Ирина Синицына). Победителями в этой программе также стали Валентина Кузнецова (до 13 лет, тренер Екатерина Куницына) и Анастасия Зинченко (до 14 лет, тренер Елена Балакирева) из Владивостока.
Наибольшее количество баллов среди выступающих по программе мастеров спорта набрали Виктория Яворская (до 15 лет, тренер Елена Балакирева), Юлиана Макитра (до 16, тренер Екатерина Куницына) и Ася Хабибуллина (до 17). Прекрасным было выступление Александры Михайловой, но она смогла участвовать только в двух упражнениях из четырех. Абсолютной чемпионкой названа Ася, которую тренирует ее мама Людмила Хабибуллина.
Призом "За волю в победе" награждена Ксения Бережнова, призом "Грация" — Ксения Биличенко.

СПРАВКА
Светлана Никанорова, мастер спорта, член сборной команды края и центрального совета "Буревестник", была одной из сильнейших гимнасток  Дальнего Востока. Занималась у заслуженного тренера Юлии Анатольевны Агронской. После завершения выступлений в художественной гимнастике работала тренером СДЮШОР Владивостока. Ее ученицы становились победителями и призерами краевых и республиканских чемпионатов. Среди них пять мастеров спорта. Работая тренером, она не расставалась со спортом, была чемпионкой Владивостока по аэробике, гастролировала в составе танцевального ансамбля "Оригинал" в Японии и Китае. Ее увлеченность и талант, любовь к жизни объединяли многих людей, и турнир "Ника" тому подтверждение.

Владимир БОЛДЫРЕВ.

Прошедший в краевом Доме физкультуры дальневосточный турнир на призы ОАО "Ратимир" собрал более 150 юных борцов двух возрастных групп из Амурской области, Хабаровского и Приморского краев, Якутии. Наибольшее количество участников выставили хозяева. Но умение оказалось важнее, и выиграть "числом" не удалось.
В младшей возрастной группе (до 14 лет), где разыгрывались 11 комплектов медалей, в финал вышли восемь владивостокцев. И первым же победителем стал наш Константин Коржев (до 24 кг, тренер Василий Жанков). К сожалению, это был и последний успех наших борцов. Победителями стали пять хабаровчан и столько же амурчан.
В старшей группе (до 17 лет) владивостокцы выступили удачнее. Правда, первая победа пришла только после четвертого финала, в котором Зограб Кочоян (до 63 кг, тренер Сурен Хачатрян) одержал победу досрочно. Второй воспитанник Хачатряна однофамилец победителя Юрий Кочоян (до 76 кг) убедительно переиграл Сергея Славского, также из Владивостока.
Красивую победу в первом периоде — "туше"  одержал Роман Хмелев (до 85 кг, тренер Василий Жанков). Также поступил и воспитанник Анатолия Мергенева Игорь Нестеров (до 100 кг), которому понадобилось два периода, чтобы уложить своего визави на лопатки. Первым мог быть и Арнольд Карташов (до 120 кг), опоздавший на первую схватку, ставший в итоге вторым.
Специальными призами награждены Зограб Кочоян — за лучшую технику и Денис Столыпин из села Константиновка Амурской области — за волю к победе. Лучшим борцом клуба борьбы "Ратимир" назван Марк Косинов.

Владимир БОЛДЫРЕВ.

"Российский азимут-2006" — под таким названием открытое первенство Владивостока по спортивному ориентированию прописалось в рамках всероссийских массовых соревнований.
20 мая на старт в 39 городах страны выйдут 155 тысяч человек. Наибольшее количество выступит на Поклонной горе в Москве — 12 тысяч. В Дальневосточном федеральном округе спортивный праздник пройдет в Благовещенске и Владивостоке. В городе нашенском местом соревнований назван район картодрома "Змеинка". Ожидается, что на старт выйдет около 5 тысяч участников семи возрастных групп: до 12, 14, 16, 18, 29, 49, 50 лет и старше. В зависимости от возраста им предстоит преодолеть расстояние от 1 до 2 км с количеством контрольных пунктов от 3 до 7.
Прием заявок проходит в городском спорткомитете (Партизанский проспект, 13а, тел.:
42-50-01, 42-92-82, 42-92-83) до 19 мая. При прохождении мандатной комиссии каждый участник получает футболку с номером, карту и карточку участника, которая одновременно является договором страхования.
Под стать будет и массовое награждение. Участники, занявшие 1-10-е места в каждой возрастной группе среди мужчин и женщин, награждаются памятными подарками и дипломами. Всех финишировавших ждут поощрительные призы.

Владимир БОЛДЫРЕВ.

Виндсерфинг завоевывает все большую популярность не только у любителей экстремальных видов спорта. Как стрекозы, мчащиеся под прозрачным парусом на досках, спортсмены рассекают водную гладь моря. И не случайно в яхт-клубе "Семь футов" состоялась коллегия по проблемам развития виндсерфинга, на которой шел разговор о его развитии в крае.
Соревноваться у себя во Владивостоке — уже не тот уровень, на который выходят приморские мини-яхтсмены. В странах Юго-Восточной Азии проходит "Азиатский виндсерфовый тур", в котором задействованы Филиппины, Китай, Вьетнам. Первый опыт уже есть: Михаил Пожидаев в начале года участвовал в четвертом этапе названного тура, а Алексей Трусов, Роман Серебряков и Ярослав Клоков — в туре "Вьетнам Фан Кап". И принимающие стороны высказались за расширение географии соревнований.
Сильный ветер в минувшую субботу стал радостью для участников первого этапа открытого Кубка Дальнего Востока по виндсерфингу 2006 в дисциплине Free Slalom. Старты давались с берега мыса Черепахи. Все участники выстраивались по линии в нескольких сантиметрах от воды, затем по сигналу "подготовительный"  брали в руки доски с парусами, а по сигналу "старт открыт" бежали в воду, вскакивали на доски и шли к первому знаку дистанции, огибая его, делали две петли вокруг надувных буев и спешили к финишу. Длина трассы составляла около двух морских миль.
Никому из участников не удалось избежать купания в холодной воде. За два с половиной часа провели все запланированные гонки. Призерами соревнований стали Алексей Трусов, Михаил Пожидаев и  Алексей Охрименко.  Организаторами соревнований выступили серф-станция "Штилевая Zона" яхт-клуба "Семь футов" и автоцентр Goodman.
Второй этап  Кубка пройдет 10-11 июня, а третий — в сентябре. Победитель и призеры соревнования по итогам всех этапов будут представлять наш край на регате AWT  Asia Windsurfing Tour 2007.

Владимир БОЛДЫРЕВ.