ФОТОГАЛЕРЕЯ

kniga oblojka

ОПРОС

Могут ли чиновники и депутаты лечиться за границей?

Показать результаты

Загрузка ... Загрузка ...

№ 4334 (140) от 04.12.2010 г.

В ПРИМОРЬЕ

Государство — это кто?
8 декабря состоится очередное заседание Законодательного собрания, на котором планируется принятие во втором, постатейном, чтении проекта краевого бюджета-2011. После первого, концептуального, профильными комитетами были предложены поправки — на более 1 миллиарда рублей — в расходную часть проекта, почти полностью отвергнутые губернатором.

Как теперь поведет себя на заседании фракция едроссов, у которой и собственных голосов достаточно на все случаи жизни?

Губернатору здесь жить не со всеми
Итоги Всероссийской переписи населения в крае подвел руководитель Приморскстата Виктор Шаповалов:

- В целом прошла она успешно. Получены данные от 1887,3 тысячи человек, постоянно проживавших на территории края, и 24,5 тысячи иностранцев. От участия в переписи отказались чуть более 1% приморцев и примерно 3% их переписчики не застали дома. Данные о них получены в жилищно-эксплуатационных предприятиях: только пол и возраст.

О конкретных итогах Виктор Федорович говорить не стал (обработка переписных листов в самом разгаре), но предположение, что с 2002 года население края сократилось примерно на 100 тысяч человек, высказал.

Подарки налогоплательщиков стали "губернаторскими"
17 миллионов рублей краевых средств направлено на приобретение сладких наборов для юных приморцев. В этом году губернаторский подарок получат дошколята и школьники младших классов. Подарки им вручат на новогодних праздниках в образовательных учреждениях. Малышам, которые не посещают детские сады, подарочные наборы выдадут специалисты органов социальной защиты.

Длиннорублевый ультиматум
Очередной трудовой конфликт разгорелся на стройке объектов саммита АТЭС-2012 во Владивостоке. Недовольные низкими зарплатами, приостановили работу строители моста на остров Русский. Работодателям удалось предотвратить массовую забастовку, пообещав в трехдневный срок рассмотреть претензии рабочих. Если зарплата не будет повышена минимум до 60 тысяч рублей, работы по возведению пилонов моста остановятся, пообещали представители инициативной группы строителей.


НА ДВ

Москва оставит нас без хлеба
Проблемы развития хлебопекарной отрасли стали главной темой заседания в Хабаровске Дальневосточной ассоциации производителей муки, хлеба и кондитерских изделий. Они отметили сложную ситуацию, в которой находится хлебопекарная промышленность региона. Многие ее предприятия построены еще в довоенные и послевоенные годы. Износ оборудования составляет 60 и более процентов. Только за последнее десятилетие закрылись сотни производств, и если не предпринять меры, в ближайшее время прекратят выпуск хлеба еще десятки компаний региона. Дальнейшее развитие рынка хлебобулочных изделий, повышение качества выпускаемой продукции, обеспечение доступности хлеба и выполнение требований Доктрины продовольственной безопасности России зависит от того, будут ли найдены ресурсы для модернизации хлебопекарного производства. Возможности самостоятельного инвестирования программ обновления у предприятий нет. В особо сложной ситуации находятся предприятия малого бизнеса, которые зачастую являются единственными производителями в небольших городах и поселках. В конечном итоге, платой за дешевый социальный хлеб станет его исчезновение с прилавков, заявляют хлебопеки.

Рассмотрен и сверхострый вопрос обеспечения сырьем хлебопекарной промышленности региона. Если 15 лет назад в Приморском и Хабаровском краях работало 8 предприятий мукомольной промышленности, то в настоящее время не осталось ни одного.

Вся мука, на которой работают хлебопекарные предприятия Дальнего Востока, завозится из Восточной Сибири. Тарифы на перевозку растут, льготный режим на доставку "социального продукта" в регион отсутствует, стоимость хлебопекарной муки также увеличивается. По прогнозам, с 1 января 2011 года может произойти очередной пиковый скачок — на 15 процентов.

Однако эта проблема меркнет на фоне элементарного отсутствия муки у наших поставщиков. В связи с засухой Алтай стал житницей центральных областей России, для производителей которых правительство установило льготный железнодорожный тариф, в результате большинство поставок переориентировано на запад. Если не предпринять срочных мер, уже весной печь хлеб на Дальнем Востоке будет не из чего. С такой проблемой могут столкнуться Хабаровский и Приморский края. В дальневосточных субъектах федерации нет региональных резервных фондов зерна и муки, которые могли бы покрыть этот дефицит.


В РОССИИ

Кого бы наградить Дарькину
Губернатор Свердловской области предложил публично вручать особые профессиональные призы руководителям самых мусорных городов Среднего Урала.

- Пока вижу два варианта: веник или швабра, — заявил Александр Мишарин и добавил: — Прокурор предложил завернуть этот подарок еще и в предупреждение о наказании, чтобы не воспринимали как шутку.

Россию и Европу объединит бревно
На переговорах РФ с ВТО не осталось ключевых разногласий. Мораторий на повышение пошлин на необработанную древесину будет продлен на 2011 год, а сами пошлины отменены в обмен на присоединение РФ к Всемирной торговой организации (ВТО) не позднее 31 декабря 2011 года. Об этом "Ъ" рассказали источники в Белом доме, знакомые с ходом переговоров первого вице-премьера Игоря Шувалова с руководителями Евросоюза.


В МИРЕ

Сборная России в финале ЧМ-2018. Без отборочных игр
Хозяйкой футбольного чемпионата мира в 2018 году стала Россия. Чемпионат мира-2022 года пройдет в арабском государстве Катар.

Торопится в развитии
В пограничном с российским Забайкальским краем китайском автономном районе Внутренняя Монголия взорвался химический завод, с пометкой "срочно" сообщило агентство "Синьхуа". При этом умалчивается, в каком именно городе произошло ЧП и какой силы был взрыв. Погибшими числятся три человека, один госпитализирован. Известно, что завод занимался производством щелочи и крайне ядовитого хлора.

По сообщениям газет, пресс-служб, информагентств.

- Россия вышла из кризиса?

- ВВП России в III квартале 2010 года на 6,1% ниже III квартала "докризисного", 2008 года. Отставание промышленности первых девяти месяцев этого года от докризисного уровня — 5,1 процента, железнодорожных перевозок (это наиболее объективный показатель состояния реального сектора) — 8,4 процента, инвестиций — 12 процентов, в том числе ввода жилья в строй — 6,2 процента. Так что из кризиса мало кто вышел, кроме, конечно, олигархов, славно заработавших на госпомощи.

Михаил ДЕЛЯГИН,
один из самых известных российских экономистов,
директор Института проблем глобализации,
"Конкурент".

В Приморье разработан и активно внедряется алгоритм по уничтожению высокорентабельного стратегического предприятия

На севере края, особенно в горах, зима наступает рано. На побережье кажется, что море еще отдает накопленное за лето тепло, а в отрогах Сихотэ-Алиня в Красноармейском районе ночные -25 в середине ноября — норма. Горная речка Дальняя (а горные реки, благодаря бурному течению, порой и до Нового года борются со стужей), пронзающая поселок Восток, покрыта плотным панцирем льда.

Впрочем, естественный ход времени не пугает никого — народ здесь таежный, ко всему привычный. Куда больше пугает другое подмораживание, надвигающееся неотвратимо, как морены ледника, — в политэкономической (как писали в прежних учебниках) ситуации.
Здесь, в поселке Восток, где расположены ОАО "Приморский ГОК" и его дочерняя компания ОАО "АИР", вот уже 40 лет добывают вольфрам. На предприятии и сегодня немало тех, кто работает с момента торжественного пуска обогатительной фабрики в 1977 году.

Слово "вольфрам" по-немецки означает "волчья пена". Бывают очень красноречивые названия…

А еще специалисты знают, что по количеству потребляемого экономикой государства вольфрама можно очень точно судить о его обороноспособности и возможностях машиностроительной промышленности. Так вот ОАО "Приморский ГОК" выдает на гора — можно считать по разным методикам — от 5 до 7 процентов мирового производства вольфрамового концентрата. Причем очень высокого качества. Металл стратегический, и предприятие относится к этому же спектру понятий.

"Дочка", ставшая сиротой

Во второй половине 80-х Приморский ГОК (ПГОК) спроектировал, построил и успешно запустил "дочку" — Лермонтовское рудоуправление, которое считалось цехом, хотя производственные возможности предприятий сопоставимы. Несколько лет Лермонтовка в составе ПГОК блестяще работала, давая на один рубль затрат полтора рубля прибыли, но чиновники отобрали ее — она сразу стала убыточной. Потом, в середине 90-х, в условиях острой нехватки валютных ресурсов российское правительство совершило безумный шаг: из госрезервов на мировой рынок были выброшены гигантские запасы вольфрама, по некоторым оценкам — за два года выложили объем мирового годового потребления. Рынок обрушился, а вместе с ним и горно-обогатительные комбинаты (причем по всему миру), производившие концентрат.

К этому моменту в России было десять предприятий по производству вольфрама. Жестокий удар пришелся по всем в равной мере. Из десяти осталось на сегодня одно — Приморский ГОК. "А как же Лермонтовка, — спросит читатель, — вокруг которой весной прошлого года было столько шума, и ответственным за которую российские президент и премьер-министр назначили лично приморского губернатора Сергея Дарькина?.."

Резонный вопрос, который нельзя оставить без ответа.

Если ПГОК сумел 12 лет назад, как боксер, подняться после нокдауна, то Лермонтовка оказалась в глубоком нокауте. В начале нулевых губернатор обратил внимание на гибнущее предприятие, была создана специальная комиссия, в которую вошли чиновники краевой администрации и представители ПГОКа, знавшие и помнившие про "дочку" все. Они-то и разработали вполне адекватный план по выводу ее из небытия. Среди прочего в основе плана было и предложение передать Лермонтовку в управление ПГОКу, что было бы вполне резонно: в Приморье нет других специалистов в вольфрамовой отрасли. Однако в последнюю секунду краевая власть приняла решение передать полумертвое предприятие в управление другой компании, которая лишь добавила убытков. Был ли здесь чей-то пиковый интерес, утверждать не возьмемся, свечку не держали. Но к чему привели эта и последующие рокировки, стало окончательно ясно в мае 2009 года, когда о Лермонтовке из гневных речей Медведева и Путина узнала вся страна. Тогда, оказавшись в роли крайней и прямо отвечающей за очутившихся на грани голодной смерти людей, краевая власть приняла очередное оригинальное решение: Лермонтовка была передана в управление краевому унитарному предприятию "Примтеплоэнерго"; специалисты последнего, возможно, и доки в своей области, но в горнорудной, в частности вольфрамовой отрасли, не разбираются.

Тем не менее контроль по Лермонтовке с краевой администрации никто не снимал, и периодически приезжающим сюда правительственным чинам регулярно демонстрируются некие мешки с концентратом как свидетельство того, что под неусыпным оком краевой власти Лермонтовка буквально расцвела пуще прежнего. За полтора года здесь, по информации "Новой во Владивостоке", ухитрились-таки произвести несколько вагонов продукции. Правда, назвать это концентратом нельзя даже с позиции рынка. В концентрате вольфрама должно быть не менее 50 процентов. В том же, что произвела Лермонтовка, вольфрам составлял около 28 процентов, и называется это на профессиональном языке "промпродукт" (просим не заблуждаться: "пром" означает не "промышленный", а "промежуточный"). Что касается означенного объема — несколько вагонов, — то для ПГОКа (как, собственно, и для Лермонтовки в лучшие времена) это неделя нормальной работы.

Можно было бы, конечно, сослаться на некие объективные трудности, на нестабильную цену, диктуемую мировым рынком, да вот беда — не канают эти аргументы на фоне убедительной работы ПГОКа.

Тут еще стоит сопоставить следующие параметры, которые будут ясны и не специалисту. Содержание вольфрама в руде на Лермонтовке как минимум вдвое выше, чем на Востоке. На Востоке руду добывают из шахт глубиной до 800 метров (!!!), а на Лермонтовке до последнего черпали из открытого карьера. И, наконец, еще одна крайне существенная деталь. От Лермонтовки до ближайшей узловой железнодорожной станции 18 километров; от Востока — более 200 по горно-таежным дорогам. Если учесть, что одних только реагентов обогатительная фабрика потребляет 20 тонн в сутки, а еще надо завезти уйму другого снабжения, включая огромное количество топлива (на севере зима приходит рано — см. выше), то становится примерно понятно, что дополнительно накладывается на себестоимость.

Теперь подводим итог, который выглядит не экономически, а политэкономически: Приморский ГОК — высокорентабельное производство, опирающееся исключительно на собственные силы и ресурсы. Лермонтовка — крайне убыточное предприятие, существующее исключительно за счет дотаций из федерального бюджета (в первую очередь — как моногород; такой же Восток, к слову, не получает ни копейки) и регулярных субсидий в сотни миллионов рублей из вечно дырявого краевого бюджета, в котором постоянно не хватает денег — то на стакан горячего молока школьникам, то на дотацию проезда старикам. Наивно даже сравнивать среднюю зарплату на двух аналогичных предприятиях или их налоговую отдачу в бюджеты разных уровней.

Вот такая вот экономика. Политическая.

- На этом фоне мы, конечно, выглядим диким раздражителем, эдаким бельмом на глазу, белой вороной, — размышляет председатель совета директоров ОАО "Приморский ГОК" Иван Шепета. — Одно наше существование нивелирует все попытки объяснить провал в Лермонтовке. Причин таких "ножниц" несколько. Первая состоит в том, что мы стремимся работать чрезвычайно эффективно, строго профессионально подходить к решению каждого вопроса. Я допускаю, что нынешние управленцы Лермонтовки — настоящие спецы в области теплоэнергетики. Но неужели они так же глубоко разбираются в вопросах организации горного производства, рудного дела, обогащения, флотации и десятках других сложных и тонких моментах? Ведь в нашем деле повышение содержания металла в концентрате хотя бы на полпроцента или даже на процент — это огромный прорыв, за которым стоит долгая кропотливая работа десятков специалистов из разных отраслей. Но, с другой стороны, эти полпроцента дают и серьезный рост прибыли.

И вот здесь мы подходим ко второму моменту. Как-то даже странно и глупо об этом говорить, но сегодня у нас в стране и в обществе сложилась настолько ненормальная обстановка, что приходится формулировать дословно и прямо: у нас не воруют, и мы никому не даем взяток. Это, я думаю, наш главный плюс, хотя, по нынешним меркам, этот же фактор — физическая неспособность дать взятку, пообещать откат, — возможно, оказывается и главным минусом…

Не более чем совпадения

В словах Шепеты нет ни грана сарказма; скорее — констатация. Обозначение тех условий, в которые сегодня поставлен бизнес. Причем формула "не воруют" звучит настолько дико, что нуждается в немедленной расшифровке. Ну, прежде всего, глупо воровать у самих себя: более чем за полтора десятка лет, прошедших после приватизации, ПГОК остается в собственности тех, кто здесь работает, либо работал до ухода на пенсию — все 100 процентов акций принадлежат членам трудового коллектива.

Согласно теории, это не самая эффективная форма владения, но, как известно, из каждого правила есть исключения, его лишь подтверждающие.

Еще одна иллюстрация — и тоже выламывающаяся из ряда вон — состоит в том, что и в ОАО "Приморский ГОК", и в ОАО "АИР" вся финансовая отчетность ведется исключительно "по-белому". Отражается это, прежде всего, в налогах, поступающих в бюджеты разных уровней. Цифры сухи и бесстрастны. Так вот, на Востоке платят налогов с одного работника от 260 до 320 тысяч рублей в год (в зависимости от рыночной цены на вольфрам). Этот показатель в 5 раз больше, чем в горнодобывающей отрасли Приморья, и примерно в 7 раз больше, чем в среднем по краю. По осторожным оценкам, если бы налоги так платила вся страна, в российском бюджете было бы больше на 15 триллионов рублей. А Кудрин-то и не знает…

Было бы резонно ожидать адекватную реакцию власти: узнать, к примеру, о том, что краевое УФНС, казначейство, финансовые структуры краевой администрации периодически проводят на Востоке семинары по изучению и обобщению местного опыта, что, кстати, не раз предлагал председатель совета директоров предприятия.

Реакция есть, хотя и несколько иная — более похожая на то, как реагирует стая на белую ворону. В течение последнего года финансовые проверки сотрясают горнорудную компанию практически безостановочно. Две последние наиболее показательны. Сначала на Восток зашел Росфиннадзор с явно очень серьезными намерениями. Кто ищет, тот, как правило, находит. И надо отдать должное нюху проверяющих: в документах, сопровождающих реализацию многомиллионного (в долларах) контракта, было обнаружено "недополучение валюты" в объеме — внимание!!! — 46 центов. Понятно, что чушь полная, однако предприятию пришлось доказывать свою правоту в арбитражном суде — в первую очередь для того, чтобы остаться в таможенном списке добросовестных участников внешнеэкономической деятельности. О других предъявленных претензиях говорить не станем; скажем лишь, что миссия Росфиннадзора оказалась невыполнима. Если, конечно, эта миссия была — вполне возможно, что мы имеем дело с простым совпадением.

Точно так же — как совпадение — надо, очевидно, оценивать и недавний визит на Восток большой бригады проверяющих из межрайонной инспекции ФНС по крупнейшим налогоплательщикам. Эта бригада работала в поселке полтора месяца, работала въедливо — вплоть до оформления протоколов допросов свидетелей (копии имеются в редакции). О результатах пока неизвестно, зато четко известны претензии, которые предъявлялись по ходу. Ну, к примеру: убыточность цеха хлебобулочных изделий (есть на предприятии и такой, снабжающий местных жителей вкусным хлебом по доступной цене). Очевидно, претензию надо понимать как требование резкого повышения цены на хлеб? Налоговое ноу-хау?

Или вот такая претензия: совокупные убытки по услугам ЖКХ и теплоснабжения приближается к 16 миллионам рублей. (Тут следует сказать, что Примтеплоэнерго — да-да, то самое Примтепло-энерго, которое рулит Лермонтовкой и которое буквально зубами держится за каждый населенный пункт, где можно содрать копейку, — весной 2009-го решительно ушло из Востока; это, видимо, тема для отдельного материала. Обогревает поселок теперь горнорудная компания.) Это верно — взыскивать долги с населения нужно активнее. Однако — странное дело — налоговики в упор не видят куда большую задолженность, исчисляемую десятками миллионов рублей, по линии бюджетных организаций: больницы, школы, детсада, дома культуры и т. д. За них с комбинатом должен рассчитываться бюджет — районный при прямой поддержке краевого. Где уж тут увидеть нарушения?..

Заметьте, слово "заказ" я не говорил.

Мы же договорились рассматривать все происходящее как совпадения.

Вот, к слову, еще одно.

27 августа решением районного суда Красноармейского района по иску противопожарной службы единственный детский сад Востока был закрыт на 90 суток. Причина — отсутствие пожарной сигнализации. Забота о детях — благое дело. Если только не учитывать, что подобный прецедент — единственный на все Приморье. В крае, к сожалению, мизерное количество детсадов оборудовано соответствующими системами; в бюджетах по обыкновению не хватает денег. И пожарные, в полном праве, бьют тревогу, заявляют судебные иски. Максимальное наказание по краю — приостановка на пять суток. Три месяца, как на Востоке, — случай абсолютно уникальный. Кстати, садик в поселке — один из лучших в Приморье: с бассейном, 17 групп и из каждой отдельный выход на улицу. До пожарной части ровно 200 метров по прямой. На минуточку: по информации "Новой", у судьи Евгения Белозерова, вынесшего это решение, ребенок тоже ходит в детский сад, не оборудованный сигнализацией. Как не боится?..

Трудно передать, какое напряжение царило в поселке эти три месяца. Да и что безопаснее: когда дите ходит в садик, расположенный возле пожарной части, или когда трясется с папой в кабине лесовоза?

Похоже, кому-то (кому?) надо было сильно напрячь поселок, вызвать недовольство людей.

Лесная мистерия

Подобные "совпадения" можно перечислять и дальше. Однако, очевидно, есть смысл остановиться еще только на одном из них. Но здесь необходимо короткое предисловие. Запасы месторождения вольфрама, откуда черпает руду ГОК, постепенно истончаются. По некоторым оценкам, их может хватить еще на 7-10 лет. Поскольку (см. выше) владельцы комбината живут не в Москве и не в Лондоне, их цель — сохранить людей и поселок. Один из путей решения задачи — разработка новых месторождений. И компания получила лицензию на разработку вольфрамового месторождения "Скрытное", что в среднем течении реки Малиновки в соседнем, Дальнереченском районе Приморья. На разведку, буровые работы и исследования уже потрачено около полумиллиарда рублей. Но чтобы начать полномасштабные работы, нужна большая энергетика. Однако на все обращения в краевую администрацию с предложением протянуть сюда ЛЭП-220 (что по закону является обязанностью государства) власть фактически не реагирует. Оно и понятно — это ж не на Русский, к саммиту тянуть дублирующие линии энергоснабжения. А постоянно звучащие громкие слова о поддержке создания не только временных (как на стройках южного Приморья), но и постоянных рабочих мест, похоже, повисают в воздухе.

Есть у поселка и другой вариант выживания и развития. Восток расположен в глухом таежном районе. И в начале нулевых, стремясь диверсифицировать производство и понимая перспективы, руководители ОАО "Приморский ГОК" и ОАО "АИР" приняли решение начать заниматься лесозаготовкой и лесопереработкой. На двух-то ногах вообще надежней стоять, чем на одной. По горняцкой привычке к делу подошли фундаментально. И параллельно с получением лесосеки (лесной аренды) стали приобретать оборудование и осваивать новое для себе лесоперерабатывающее производство. Второе оказалось куда проще первого. Наверное, нет даже смысла говорить о том, что предприятие долго не могло выиграть (напоминаю: взяток здесь принципиально не дают) ни одного конкурса на достойный участок леса. После долгих мытарств ГОК (вокруг тайга от горизонта до горизонта) получил под лесосеку участок, расположенный в 100 километрах от Востока, недалеко от истоков таежной речки Валенку. Как говорится, спасибо, что не отказали. Начали бить дорогу к своему участку. И — вы, наверное, уже догадались — управление лесного хозяйства администрации края немедленно стало нарезать участки вдоль строящейся дороги другим лесопользователям. Так совпало.

Деляна, на которой сегодня работает ПГОК, хоть и бедна деловой древесиной, позволяет худо-бедно заготавливать около 45 тысяч кубометров леса. Однако для перерабатывающих мощностей этого не хватает. Между тем рядом с действующим лесоперерабатывающим цехом (ЛПЦ) строится еще один, под который уже закуплено современное немецкое оборудование.

- На базовом уровне оно даст возможность перерабатывать 80 тысяч кубов леса в год с перспективой выхода на уровень в 200 тысяч, — с гордостью рассказывает начальник ЛПЦ Вадим Хоменко. Однако тут же как будто одергивает сам себя. — Вот только не совсем ясно, будет ли у нас возможность задействовать его на полную мощность. Уже сейчас мы докупаем лес у сторонних заготовителей. А как оно дальше сложится, кто это может знать?..

Нет, все-таки чудаки работают на Востоке. Наивные люди. Они упорно воспринимают звучащие с высоких трибун слова как прямое руководство к действию. Сказал Путин о том, что необходимо стремиться к полному запрету на вывоз леса-кругляка и параллельно наращивать глубокую, 100-процентную переработку леса, — так и поступают. За все годы работы ЛПЦ предприятие не вывезло ни одного (трудно поверить, но это факт) бревна. Только готовую продукцию. Наряду с относительно простыми вещами — оконные рамы, двери, балясины — здесь научились выпускать лучший в регионе клееный брус, о качестве которого точнее всего говорит тот факт, что его с удовольствием по вполне рыночной цене покупают в Японии. Да и под Владивостоком уже вырос не один десяток домов из не нуждающегося в отделке и высоко экологичного клееного бруса, легко переносящего наши морозы.

В чем же проблема с закупкой леса у сторонних заготовителей? Она на поверхности. Мы уже говорили, что, к собственному несчастью, на Востоке работают исключительно "по-белому". И любой, кто продаст сюда лес — по вполне опять же рыночной цене, — вынужден будет его по-белому же показать. А вот на это готовы очень не многие.

Напомним, что происходит все это в северных районах Приморья, где лесом не занимается только ленивый. Занимаются, правда, преимущественно по-варварски: берут только кедр и дуб, напрочь забывая о том уходе, под предлогом которого и выделяются, как правило, участки. Теперь вот, правда, рубки кедра запрещены — несмотря на все противодействие администрации Приморского края, это сделало правительство РФ. Кедр, однако, по-прежнему тянут из тайги — говорят, вывозят то, что было срублено еще до запрета…

Впрочем, Востоку от всего этого не легче. Тем более что так называемое наведение порядка в тайге было начато — угадайте с трех раз с кого: правильно, с Приморского ГОКа. В марте этого года грянула проверка лесосеки силами краевого управления лесного хозяйства. Тогда никаких серьезных нарушений обнаружено не было. Однако не прошло и месяца, как проверяющие явились вновь, теперь уже с бригадой межрайонной природоохранной прокуратуры. Показательная порка удалась на славу — возбуждены административные и уголовные дела, предприятие подверглось штрафным санкциям на сумму около 6 миллионов рублей. Пока оставим эти судебные решения без комментария — во-первых, они будут оспариваться в следующих инстанциях (о ходе рассмотрения мы постараемся рассказать); во-вторых, право на комментарий мы предоставили независимому эксперту (см. ниже).

Пока же отметим общий фон. Который определяется в том числе и летними, прогремевшими на всю страну, заявлениями на скрытую камеру начальника краевого управления лесного хозяйства Петра Диюка, не постеснявшегося признать, что в тайге царит сплошное воровство и беззаконие и он об этом прекрасно осведомлен. Губернатор тогда назначил внутреннюю проверку, которая, как и следовало ожидать, не нашла ни в словах, ни в действиях Диюка ничего предосудительного.

По самым осторожным экспертным оценкам, теневой оборот в Приморской тайге — действия черных лесорубов, откаты и взятки, контрабанда — оценивается в десятки, если не в сотни миллионов долларов. Стоит ли после это удивляться, что Приморский ГОК, который весь заготовленный лес пускает исключительно на переработку, систематически не может выиграть право на предоставление участков в лесопользование?

Говорю же: белая ворона, раздражитель…

* * *

…На Востоке делают ровно то, к чему призывают с высоких трибун. Создали рентабельное производство и не просят помощи из бюджета. Поддерживают постоянную социальную направленность бизнеса (это и "материнские" деньги, которые здесь ввели задолго до Путина, и доплаты учителям и врачам, и многое другое). Соблюдают жесткую налоговую дисциплину, не пользуясь "серыми" и "откатными" схемами. Обеспечивают 100-процентную переработку леса, осуществляя и здесь абсолютно белый учет каждого кубометра, заменив отходами (щепой) десятки тысяч тонн топочного мазута.

Все это вместе взятое создает опасный и неприятный для территориальной власти прецедент, вызывающий у чиновников зубовный скрежет. Потому что не позволяет в докладах наверх использовать привычные аргументы. Становится трудно объяснить правительству, почему вольфрамовое производство заведомо убыточно. Трудно искать причины явно недостаточной собираемости налогов. Непросто просить о продлении права на вывоз круглого леса, мотивируя это тем, что в противном случае якобы таежные поселки будут поражены повальной безработицей.

…Ни в коем случае не возьмусь утверждать, что на Востоке выстроена идеальная модель: как и везде, своих "косяков" тут хватает. Однако, похоже, этот случай показывает: если элементарно не воровать, добиться можно очень многого. Но еще Ленин учил, что жить в обществе и быть от него свободным — нельзя.

Значит, такое общество.

Андрей ОСТРОВСКИЙ,
"Новая газета во Владивостоке".

руководитель лесной программы Амурского филиала WWF:


В Приморском крае есть два предприятия, по результатам независимых аудитов получившие сертификаты на лесоуправление Лесного попечительского совета (авторитетная Международная организация с очень жесткими стандартами), — это Тернейлес и Приморский ГОК. Таким образом, независимой международной проверкой подтверждено, что эти компании лучшие в крае, да и на всем Дальнем Востоке лесопользователи. Согласно правилам ЛПС владельцы сертификатов ежегодно проверяются аудиторами на соответствие стандартам. Кроме того, и мы — Всемирный фонд дикой природы — также ведем свой собственный мониторинг за деятельностью сертифицированных компаний в силу нашей заинтересованности поддерживать планку стандартов на высоком уровне. Они выполняют массу тех требований, которые игнорируются двумя с лишним сотнями лесопользователей Приморья, в первую очередь по сохранению биоразнообразия.

Что касается проверок и штрафов, о которых вы говорите, то это очень печальные факты. Приведу простой пример. В то же самое время, когда проверялась лесосека Приморского ГОКа, мы также проводили независимую проверку лесосек в Красноармейском районе в долине реки Арму. Там краевое управление лесного хозяйства поручило своему казенному предприятию "Приморское ЛХО" провести рубки ухода. Последнее перепоручило работу подрядчикам — неким ООО "Гефест", "Орион", "Союз" и ИП Шурупов Ю.В. Что же мы увидели и зафиксировали? Хотя лесосеки были отведены преимущественно в елово-пихтовых лесах, лесозаготовители целенаправленно "вели охоту" за кедром. Так, на одной из лесосек, где рубки вело ООО "Орион", доля кедра в ельнике была всего 10 процентов. Соответственно, из 882 кубометров, разрешенных к вырубке на этой лесосеке, на кедр официально приходилось всего 98 кубов (включая обязательные 69 кубометров дров — это ведь рубка ухода!). Наша проверка показала, что в реальности вырубался преимущественно кедр и объем его заготовки составил 635 кубов — то есть в 6,5 раза больше разрешенного! И это только по одной лесосеке! Такая картина наблюдалась везде. Общий переруб кедра по всем лесосекам, по нашим очень осторожным оценкам, составил более 5000 кубометров! Мы немедленно сообщили об этом в милицию. В результате были возбуждены уголовные дела по статье 260 ч. 3 — незаконная рубка. Мы убеждены, что расследование этих фактов могло бы стать основой для "дела века", ведь незаконные рубки на Арму являются не просто "самодеятельностью" отдельных лесозаготовителей, а результатом функционирующей в Красноармейском районе системы воровства леса. Однако в конце июля данные дела были приостановлены.

Кроме информации о многократных перерубах в пределах "официальных" лесосек в апреле мы предоставили в Красноармейское ОВД и факты того, что те же самые лесозаготовители — подрядчики казенного предприятия — проводили незаконные рубки на прилегающих к лесосекам территориях. Несколько позже признаки этих незаконных рубок были выявлены государственным дистанционным мониторингом, осуществляющимся ФГУП "Рослесинфорг" на основе дешифрирования спутниковых снимков. Что, вы думаете, ответило Рощинское лесничество (входящее в систему управления лесного хозяйства Приморского края) в ответ на запрос "Рослесинфорга"? Оно сказало: при наземном обследовании рубка деревьев за пределами официальных лесосек не обнаружена, в местах предполагаемых незаконных рубок обнаружены ветровальные деревья…

Напомню, что к этому моменту милиция уже была нами оповещена о выявленных незаконных вырубках. Что же это — прямое укрывательство?

Те же компании в наглую без документов прорубили три километра дороги через арендный участок ОАО "Тернейлес" — никто не пикнул, все с рук сошло.

Но когда дело касается нарушений, выявленных в арендных участках лесозаготовительных компаний, не входящих в "систему", отношение у правоохранительных органов и краевого управления лесным хозяйством меняется на диаметрально противоположное. Совсем недавно дочернюю компанию "Тернейлеса" обвинили в прокладке 1,5 км дороги на своем арендном участке, и это нарушение, по мнению лесников, тянет на штраф в 11 миллионов рублей.

То же самое и с ПГОКом. И у него на лесосеке бывают нарушения, которые должны устраняться. И я уверен, что компания их устранит — наш независимый мониторинг более пристрастен, чем государственный. Но почему карательные акции краевых госорганов, взявшихся за "декриминализацию" лесного сектора, направлены лишь на тех, кто и так находится под прицелом и государственного, и общественного контроля?

Имеющиеся у нас факты говорят о том, что "бьют" тех, кто не входит в "систему", в перечень "неприкасаемых". Их деятельность откровенно мешает остальным "по-честному" воровать.

На летнем совещании первый вице-премьер Виктор Зубков, говоря о Приморском крае, подчеркнул: у вас за 2009 год ущерб от незаконных рубок составил 1,8 миллиарда рублей. Т.е. ущерба больше, чем дохода. При этом Зубков оперировал цифрами, предоставленными краевым управлением лесного хозяйства, которое смогло выявить в том году незаконных рубок с общим объемом всего 50 тысяч кубов. По нашим же, поверьте, очень осторожным оценкам, вырубается сверх разрешений только по дубу и ясеню более 1 миллиона кубометров. И еще по кедру более 500 тысяч кубов. Если бы были официально выявлены все эти незаконные рубки, то в каких цифрах бы измерялся общий ущерб?

Чтобы оценить эффективность идущей в Приморском крае деятельности по "декриминализации" лесного сектора, достаточно сослаться на простую статистику: 63 процента уголовных дел, которые в 1-м полугодии дошли до суда (а это не более 30% от возбужденных), составляли дела, когда срублено менее 10 деревьев. А по более чем 100 деревьям — всего три дела.

Вот и вся борьба с браконьерством.

Дебатам чиновников и депутатов о возможном повышении пенсионного возраста вынесен всенародный вердикт. Причем таким образом, о котором глава Минфина, цербер госрасходов Кудрин, и его думский оппонент, профзащитник трудящихся Исаев даже не подозревали. Проведенное в масштабах страны социологическое исследование обнаружило, что большинство россиян больше всего в этом деле не хотят, чтобы мужчины выходили на пенсию раньше женщин. Но, разумеется, и отправляться в пенсионное далеко раньше положенного ныне срока большая часть населения тоже не намерена.
Соли и перца в результат исследования добавляет тот факт, что опрос 1600 человек в 138 населенных пунктах 46 областей и краев и республик Родины проводил государственный ВЦИОМ. Но от этого полученные результаты еще слаще. Так, главным обоснованием для грядущего повышения возраста выхода на пенсию россияне считают следующее: "Власти безразличны к людям, хотят сократить затраты, чтобы люди не доживали до пенсии".

Иными словами, относительное большинство граждан страны (точнее, каждый пятый) воспримут меру, которую подавляющее большинство экономистов считают вынужденной и неизбежной, как акт агрессии государства против себя, любимых. До уличных волнений по типу парижских, дело, как водится у нас, не дойдет, но глухое недовольство властью распространится в общественном сознании еще шире.

С другой стороны, для Кудрина со товарищи дело все же не так уж и плохо. Оказалось, что 14% россиян вполне разделяют точку зрения министра, согласно которой "раз население стареет, то пенсионеров становится больше, чем работающих". Раз их больше, а работающих меньше, то последние должны отчислять из своего кармана на сегодняшний налог "на старость", а сумму намного большую. Но поскольку убедить в этом большинство людей без провоцирования социальных потрясений вряд ли можно, то легче отправлять граждан на пенсию немного позже, чтобы подавляющее большинство из них просто не доживали до вожделенного отдохновения после трудов праведных.

Тут стоит вспомнить чистосердечное признание председателя правления Пенсионного фонда России Антона Дроздова, произнесенное им в начале сентября: "20% процентов мужчин, которым исполнилось 60 лет, не доживают до 65 лет". Напомним, что именно до 65 лет хотят повысить возраст выхода мужчин на пенсию сторонники этой идеи во власти.

Правда, социологи слегка слукавили. В вопрос о том, кому из представителей полов отдать пальму первенства в выходе на заслуженный отдых, они вписали следующую преамбулу: "Мужчины в России сейчас живут в среднем на 13 лет меньше, чем женщины. Но мужчина традиционно рассматривается как основной кормилец семьи". И только после этого, собственно, спросили: "Как вам кажется, мужчины и женщины должны выходить на пенсию в одном и том же возрасте или нет?"

Согласитесь, что при такой постановке вопроса ответ был во многом предопределен: 58% респондентов считают, что мужчины должны выходить на пенсию раньше женщин. Что, впрочем, нисколько не умаляет его социологической достоверности. Потому что российским женщинам действительно очень не хватает российских же мужчин. Очевидно, что весьма многие дамы были бы явно не против того, чтобы их мужья находились в добром здравии и одновременно дома. То есть они хотят быть любимыми и уважаемыми домохозяйками, а не товарищами по пенсионному несчастью. И не дожидаться того, когда уработавшиеся до 65 лет мужики наконец закончат со своей профессиональной повинностью и падут в их объятия.

А встретить их женщины готовы как минимум на пять лет пораньше, чем планирует государство. То есть кавалеры смогут им и удовольствие доставить, и пригодиться по хозяйственной части, а то и подработать. Раз две трети наших женщин так считают, значит, оно того стоит.

Георгий ИЛЬИЧЕВ,
"Новая газета во Владивостоке".